«Да они в ужасе. – Это было очевидно, но лишь для Дани. – И я в ужасе. Они не знают, что делать. И я – без понятия. Какой-то выбешивающий конец света».

– Ты готова, бамбинка? – Фаниль, хитро покусывая щедро обмазанные блеском губы, нетерпеливо притопнул каблуком.

– К чему? – насторожилась Даня.

– Агась, правильно опасаешься, – поддержал ее Петро. – С ним расслабляться вообще не советую.

Они расположились в одной из переговорных на верхнем этаже агентства. Гендиректор Левин покинул их минут десять назад – чтобы разобраться с какой-то местной проблемой. Кажется, Эмиль снова поссорился с Элей, и Эля ему наваляла.

– Увидеть платье! – Фаниль театрально раскинул руки, точно ведущий, объявляющий выход новоиспеченной звезды. – Стелла его уже закончила.

Даня смутно помнила девчушку с длинной челкой, которая представилась как ассистентка Стеллы – знакомой Фаниля. Не откладывая в долгий ящик, она с воистину реактивной скоростью сняла с Дани мерки, нащелкала пару фотографий, чтобы «неимоверно занятая» Стелла знала, с «каким материалом ей предстоит работать», а затем унеслась в закат. Похоже, знакомая Фаниля не сильно заморачивалась по поводу процедуры снятия мерок в отличие от него же, обожающего устраивать из этого целое шоу.

«Так быстро сшила. – Даня занервничала. – Хотя ничего удивительного. Мероприятие уже на носу, буквально через день…»

Это была вовсе не тревожность предвкушения, а всего лишь попытка настроиться на до жути смущающий разговор. Договоренность об оплате в рассрочку.

«Блин, только бы со стыда не сгореть».

Цену платья и работы ей еще не озвучивали, но Даня заранее приготовилась к худшему.

– Ну, давай, давай, давай, Петро! – поторапливал ассистента Фаниль. – Снимай чехол а-а-аккуратно.

– Погодите. – Когда оба посмотрели на нее, она сдержано поинтересовалась: – Меня интересует оплата…

– Ох, почему тебя интересуют такие мелочи? – Фаниль, возмущенный тем, что его прервали на середине наиинтереснейшего занятия, махнул Петро рукой, призывая продолжать.

– Но Стелла, думаю, желает получить деньги за работу, – усилила напор Даня.

– О чем ты, бамбинка? – Фаниль, засопев, сам схватился за молнию на чехле. Та заела. – Оплата уже получена.

– Получена? – Даня с трудом сглотнула. – Кто… Кто заплатил?

– О, у Глебушки-воробушка тоже этот вопрос возник. Вы прямо такие приземленные. Нет бы порадоваться красоте.

«Че-е-ерт».

– Что? – Чувствуя ее тяжелый взгляд, Фаниль заерзал. Молния на чехле не поддавалась. Петро вздохнул. Он уже устал держать вешалку на весу. – Оплатили твое платье, мур-мур. Будь спокойна. Твоя сладкая Принцесса оплатила.

«Но мы же не достигли с ним договоренности в тот раз!»

– Он что-то передавал? – Даня присела на краешек стола. – Что-то сказал?

– Кто? – Фаниль продолжал сражаться с молнией.

– Принцесса.

– Э-э… – Мужчина перестал трясти чехол и с любопытством глянул на нее. – Не припоминаю. Да и отдельных встреч – без тебя, имею в виду, – у нас не было. Наверное, он вел переговоры со Стеллой напрямую. А она только попросила меня доставить тебе платье. А, и запечатлеть на вечере. Если ты будешь не против, и платье придется по вкусу, она хотела бы выставить фото на своей страничке… О! – Фаниль встрепенулся – видимо, сам не успевал за скоростью переключения собственных мыслей. – А он должен был что-то мне передать?

– Забудь. – Даня отвернулась.

– Ну, а что, что, что там у вас?

– Э, агась, а мне тут до полуночи стоять? – возмущенно поинтересовался Петро, встряхивая чехол.

Но отвлекшийся Фаниль его не услышал.

– Вы не общаетесь? Любовнички поссорились?

– Мы не любовники. – Девушка угрюмо покосилась на Фаниля. Пенный хохолок дизайнера подергивался, выдавая восторженную дрожь владельца. – Говорила же.

– И кто виноват в ссоре?

– Мы не ссорились. – Даня закатила глаза. – И мне обязательно присутствовать на мероприятии?

– Разумеется! Разве ты не желаешь увидеть, как наша прелесть будет сиять?

«Он будет сиять и без меня».

Незаметно пнув ножку стола, тем самым избавившись от переизбытка ненужных эмоций, Даня подошла к Фанилю и Петро.

– Давайте его сюда. Попробую дома открыть.

– Но я хотел увидеть, – заканючил Фаниль, забавно поджимая губы.

– Завтра вечером и увидишь.

– Я на твою реакцию хотел посмотреть!

«Ох, лучше тебе ее не видеть. – Даня положила чехол на стол. – Не знаю, что за свинью мне решил подложить Левицкий, но лучше меня в этот момент никому не видеть».