– Парней, – закончил за нее Яков. – Где ты тут подарок углядела, Какао? Разуй глаза. Это компенсация.

Проверенный прием. Даня отвернулась, пряча усмешку.

– За вечер. И ночевку. И еду. – Перечислил быстро, будто опасаясь, что она не поверит.

– М-м… – Даня побарабанила пальцами по упаковке. Выразительный оттенок лепестков. А аромат просто умопомрачительный. Сладость и свежесть в одном флаконе. – Отличная компенсация. Букетом прямо в морду.

«В стиле Принцессы», – хмыкнула про себя.

– Не люблю цветы. – Она покрутила розы в руках, будто не зная, что с ними следует сделать. – Завянут. Расточительно и без пользы.

– Что хочу, то и делаю. – Яков водрузился на стул и, сложив на груди руки, пристально уставился на нее. – Можешь выбросить. Они твои. А с тем, что твое, ты можешь поступать так, как пожелаешь.

– Ладно. Спасибо за разъяснение. – Даня подошла к столу и положила на него букет.

«Черт, я смутилась. От чертовых цветов. В первый раз со мной такое. Мне и раньше дарили пахучие веники, и я вполне благополучно от них избавлялась. Но этот… Выброшу. Да, выкину, как и другие. Попозже. Не сейчас. Потом».

Она погладила один из сиреневых лепестков кончиком пальца.

– Что ты успел наплести моему брату? – спросила грозно. Не для того ли, чтобы скрыть дурацкое смущение?

– Ты о чем?

– Утром. Нашептал что-то на ушко. Лёле. Моему брату. – Даня поставила ударение отдельно на каждом слове. – Что ты ему сказал?

– Он спросил про костюм.

– Какой еще костюм?

– К фестивалю. Он хотел посоветоваться.

– С тобой? – не скрывая удивления, уточнила Даня.

– Со мной. – Недоверие девушки стало его порядком раздражать. Яков мрачнел на глазах.

– Ты не очень тянешь на эксперта. – Высказавшись, она тут же задумалась. Мальчишка, чья эффектность была неоспорима, а уровень привлекательности зашкаливал, – и как в таком не признать эксперта? По крайней мере, он точно знал, как привлечь к себе внимание. И одним из жутко бесящих фактов было то, что Яков добивался этого без всяких усилий. Привлекал внимание. Концентрировал восприятие на себе. Словно малюсенькая, но дико заметная Вселенная.

– Не претендую на лавры спеца. – Яков покосился на оставленный на столе букет, но почти сразу отвел взгляд. – Просто высказал мнение. Он спросил – я ответил.

– Лёля хочет костюм бога смерти, – зачем-то поделилась Даня.

– Да. – Яков погрузился в раздумье. – Аниме. Конструкция персонажа сложная. В этом же еще нужно умудряться передвигаться.

– Мы уже решили, что подготовим для него что-нибудь попроще. Менее затратное.

Яков, поджав губы, качнулся на стуле.

– Я уже пообещал помочь с оформлением.

– Ты что? – Последняя гласная получилась у нее уж слишком тянущейся, будто она крикнула в горлышко стеклянной бутылки, и утробное эхо отразилось от стеклянных стенок.

– Берем дизайнера. – Для наглядности Яков оттопырил один палец, затем сразу второй. – Того же Фаниля, к примеру, – и воспользуемся его…

– Нет, нет, нет. Не это «что»! И вообще я о другом.

Полный невинности взгляд остановился на ней.

– Не смей тут к моему брату подлизываться.

– У нас с ним свои беседы, – тоном шкодника выдал Яков.

«И за какие проступки, интересно, он мне мстит?»

– Беседы ваши. А ребятенок мой. Так что ваши беседы автоматически становятся моими.

– А что еще становится твоим?

– Что еще… – Живая заинтересованность, появившаяся в поблескивающих глазах Якова, заставила Даню насторожиться.

Она была на взводе. Уже давненько в каждом слове мальчишки ей чудилось присутствие подтекста.

– Так, – Даня подняла руку, останавливая еще не начавшийся поток возмущения, – не нужно баловать Лёлю. Я сама разберусь с костюмом.

– А с платьем?

– А это здесь откуда взялось?!

– Ты же собираешься принять платье от Глеба.

Опять пришлось сдерживаться. А Дане так хотелось потопать ногами с досады. Хотя бы раз. От души топнуть. И, может быть, даже покапризничать… Хех, совсем не в духе Даниэлы Шацкой.

– Во-первых, я еще ни на что не соглашалась. Во-вторых, если мне и потребуется платье, я сама найду способ заполучить его. И без посторонней помощи. Короче, даю пояснения попроще: мне от твоего дяди ничего не нужно. Точка. Запятушка. Многоточие.

Выражение лица Якова не изменилось. Однако в его позе появилась расслабленность. Не будь так заметен контраст, можно было и не понять, что до этого он был напряжен.