— На месте. Теперь бежим! — скомандовал Матвей.

Вынырнув из салона автомобиля, я зло скинула туфли и действительно побежала. Мы с мужчиной за секунды преодолели расстояние до серого здания, а потом стремглав понеслись вниз по ступенькам.

Вскоре Матвей затормозил на небольшой площадке, распахнул толстую металлическую дверь и, отбросив церемонии, приказал:

— Залетай.

Не сбавляя хода, я пулей промчалась мимо него и оказалась в большом искусственно освещенном квадратном помещении.

— Это антимагический бункер, — пояснил мой сопровождающий. — Не сдерживайся. Закончишь — постучи, — быстро проинструктировал он и захлопнул дверь.

Этот звук словно снял предохранитель. Заорав во все горло, я выпустила то, что бурлило и кипело. Угрожающе рыча, силы рванули из моего тела. Покачнувшись, я поставила ноги пошире и интуитивно раскинула руки. А-а-а, будь что будет! От всего этого просто необходимо освободиться!

Разноцветные искры разлетелись веером, плотные струи белого, зеленого, красного и черного пламени, яростно гудя, жадно набросились на стены, пол, потолок. То и дело сталкиваясь, пламя смешивалось, превращаясь в гигантскую волну разноцветного огня, но, так и не определив победителя, отступало. И снова, и снова, и снова.

Наконец выплеснув эмоции, я с удивлением поняла, что сила-то не иссякает. Борющийся друг с другом разноцветный огонь не причинял мне никакого вреда, но надолго ли? Что если силам надоест воевать, и они возьмутся за меня? Может, их удастся подружить? В моем теле же у них как-то получалось уживаться.

Не особо колеблясь, я свела руки. Стоило ладоням соприкоснуться, по ушам резанул дикий свист, силы соединились, и все стало черно-белым.

Почудилось, что время остановилось. Я стояла в центре застывшего черно-белого пламени в абсолютной тишине, нарушаемой лишь стуком моего сердца и прерывистым дыханием.

Внезапно откуда-то сверху послышался угрожающий скрежет. По потолку зазмеилась трещина, посыпались мелкие, а вскоре и большие куски бетона.

Инстинкт самосохранения заставил резко отпрыгнуть в сторону и подбежать к стене. Едва я успела плотно прижаться спиной, как раздался знакомый рев пламени и грохот падающего потолка. От неимоверного шума заложило уши.

Не знаю, сколько это продолжалось. Наконец все стихло, а я осознала, что стою зажмурившись. С опаской приоткрыла веки. Пламени, слава богу, больше не было. Тусклый свет падал из дыры в потолке, скупо освещая раскуроченное помещение.

Осмотревшись, я судорожно сглотнула. Среди обломков бетона и кусков арматуры в клубах пыли стояла здоровенная черная собака и, казалось, раздумывала, что со мной делать.

Рассматривая это однозначно опасное существо, я поймала себя на странной мысли: оно неживое. Причем уверенность в этом крепла с каждой секундой.

И вот как наладить контакт, пока меня не съели? С зомби-то до сих пор мне не доводилось встречаться.

— Кис-кис, — позвала, особо ни на что не надеясь.

Фыркнув, странное существо дружелюбно завиляло длинным хвостом. А затем, подбежав, уткнулось в руку прохладным влажным носом.

Осторожно погладив лобастую голову, я с опаской присмотрелась к морде. И с чего я решила, что собака дохлая? Глаза карие, умные, нос мокрый, короткая черная шерсть хоть и покрыта толстым слоем пыли, вся на месте, нигде ничего не оторвано, лапы, уши в наличии. Вон, даже половая принадлежность присутствует.

Тем не менее, несмотря на внешнюю «живучесть» кобеля, я могла поклясться, что предо мной выходец с того света.

— Ну пойдем, киса, — позвала, тяжко вздохнув, и поковыляла к двери.

Морщась — ходить босиком по каменной крошке удовольствие сомнительное, — кое-как добралась до почерневшего металла, с силой постучала. Почувствовала, как рядом села собака, и на автомате положила руку ей на голову. Дверь медленно, со скрипом начала открываться. Похоже, и ей от меня досталось.

Представляю, как это выглядит: бункер разрушен в хлам, я, красавица писаная, вся в пыли и бетонной крошке, а рядом непонятно что. Надеюсь, у безопасника Росса нервы крепкие.

Едва в проеме показалась мужская фигура, пёсель напрягся.

— Киса, свои, — погладив зомби-собаку между ушей, я обаятельно улыбнулась застывшему изваянием Матвею.

На удивление быстро совладав с эмоциями, безопасник кашлянул и хрипло произнес:

— Его звали Блэк.

Ага, все-таки я не спятила, и собаку звали.

— Буду знать, — ответила невозмутимо. Задумчиво прищурившись, поинтересовалась: — А как давно… его нет?

— Два года. У вас просто поразительное самообладание, Владислава Юрьевна, — с уважением склонил голову мужчина. — Пойдемте наверх, Здесь, — со значением оглядев разгромленный бункер, он усмехнулся, — вам делать больше нечего.