Майя говорила, что всегда рада видеть ее у себя в гостях, и даже просила заглянуть при случае. Что поделать, если такой случай наступил, хоть и не в самое удобное время.

Позвонив в дверь, Лера про себя принялась подбирать слова, какими сможет объяснить свой поздний приход.

— Дорогая, как вы вовремя! — воскликнула Майя Рафаиловна, не дав ей сказать ни слова.

Схватив за руку, она сама втянула ее в квартиру.

— Что случилось? Что-то со Снежком? — всерьез забеспокоилась Лера.

— Можно и так сказать, — ответила Майя и заметалась по гостиной. — Сын требует, чтобы я переехала к нему. Меня, в сущности, после смерти мужа здесь ничего не держит, и я решила попробовать. Поживу у него немного, вдруг мне понравится…

— А как же Снежок? — спросила Лера, памятуя о нелюбви сына к кошкам.

— В этом всё и дело. Завтра у меня самолет. Как же я оставлю моего мальчика? Это же преступление!

— Вы же были у меня недавно. Почему ничего не сказали? — в голосе Леры прозвучали строгие нотки, и Майя Рафаиловна смутилась.

— Я надеялась, что смогу его убедить, но сын ни в какую не желает его видеть, — расстроенно призналась она. — Надо что-то думать, искать… Может, пристроить моего котика в какой-то хороший приют… Лерочка, вы же всё знаете! — с отчаянием и слезами в глазах воскликнула она.

— Упаси вас, Майя Рафаиловна, какой приют. Полевой заберет кота себе. А вы спокойно поезжайте к сыну, потом и решите что-нибудь с переездом. Надо было сразу мне всё сказать.

— А вдруг Алекс не согласится? Одно дело на пару дней приютить животное, и совсем другое — забрать навсегда…

— Куда он денется, — уверенно сказала Лера, отметая ее страхи. — Если он не согласится, то Снежка заберу я. Как я его теперь оставлю.

Снежок умывался, лежа на диване, и не представлял, что в эту минуту решается его судьба. Лера села рядом и погладила его плюшевый живот. Кот довольно замурчал.

— Дорогая, вы меня так успокоили. А то я два дня не сплю!

— А вот это совершенно зря. Не надо себя загонять, — сказала Валерия, которая сама в последнее время не отличалась хорошим аппетитом и не особо хорошо спала.

— Какой прелестный у вас наряд. Худо вам, дорогая? — сочувственно произнесла Майя Рафаиловна, оглядев Леру привычно пристальным взглядом.

— П*здец как… — ответила Лера, не сумев подобрать цивилизованного слова.

— Вам туда? — женщина кивнула в сторону террасы.

— Еще не решила, — призналась Соломатина.

Пока Алька довезла Леру до дома Полевого, решительности в ней поубавилось.

Не от неловкости были ее сомнения, не от недостатка в себе уверенности.

Боялась она, что застукает Полевого на этой шлюхе. Увидит это своими глазами…

— Представляете, заявил мне вчера: если уйдешь, то это будет навсегда.

Майя Рафаиловна возмущенно округлила глаза:

— Ах, Алекс, каков наглец! Разве ж можно женщине такое говорить! И вы, разумеется, ушли?

— Разумеется, — кивнула Лера.

Майя Рафаиловна открыла шкафчик под телевизором.

— О, нет, Майя Рафаиловна, — сказала Лера, увидев у нее в руках бутылку абсента. — Я люблю крепкий алкоголь, но это даже для меня слишком.

— Дорогая, в вашем случае коньяк уже не поможет, — объявила дама безапелляционным тоном и придвинула к дивану маленький столик с изогнутыми ножками.

Затем она достала лафитники и наполнила их до половины.

— Абсент — это напиток для сильных духом людей. С духом у вас всё в порядке, а вот немного разогреть вашу молодую кровь не помешает.

Лера выпила и, зажмурившись, приткнула рюмку обратно на столик. Абсент обжег горло и внутренности, разлившись по венам бодрящим теплом.

Майя опорожнила свою рюмку, даже не поморщившись, и подвинула к Лере вазочку с шоколадом.

— Угощайтесь, милая. Я бы тоже ушла, скажу я вам. Что за манеры! Что за ультиматумы! — праведно возмущалась она, снова наполняя Леркину рюмку.

— Вот и я так же решила, — согласилась Лера и опрокинула ее одним глотком, уже не чувствуя ни остроты, ни горечи.

— И не надо спорить с биологической правдой, — рассуждала Рафаиловна. — Не мы придумали эти законы, и не нам их менять. Самец завоевывает, а самка решает, отдаться ему или нет. Я вам так скажу: женщина всегда имеет право на сомнения.

— Согласна, — кивнула Лера. — Женщина всегда имеет право на сомнения и рюмку абсента. Наливайте третью — и пойду отдамся.

— Если что, возвращайтесь, — сказала Майя.