Я переглянулась с Жан-Клодом, и он пожал плечами.

– Если вы его не понимаете, то не ищите ответа у меня. Я в него не влюблен.

Ричард посмотрел недоуменно:

– Я что-то пропустил?

Он почесал волка под горлом, прижимая его голову к своей груди. Волк повизгивал от удовольствия. Наверное, был рад дружескому расположению вожака.

Я покачала головой:

– Нет, ничего.

– Зачем мы сюда пришли? – спросил Стивен. Он держался как можно ближе к двери, но не решался выйти. Плечи его ссутулились, он боялся. Но чего?

Кассандра стояла рядом со Стивеном, ближе к нам. Лицо ее было спокойно и непроницаемо, только некоторая усталость легла вокруг глаз. На обоих были джинсы и просторные рубашки. У Стивена была светло-голубая от мужского костюма, у Кассандры – футболка тускло-сосновой зелени с головой волка. У зверя были большие желтые глаза.

– А что такое, Стивен? – спросил Ричард.

Стивен только поморгал, тряся головой.

– Мы слышали, как Анита сказала Жан-Клоду, что ей понадобится еще кровь, свежая кровь, – сказала Кассандра. И посмотрела на меня, заканчивая мысль. – Кажется, Стивен беспокоится, откуда эта кровь возьмется.

– Я не приношу человеческих жертв, – сказала я.

– Некоторые не считают ликантропов людьми, – заметила Кассандра.

– Я считаю, – ответила я.

Она поглядела на меня, оценивая мои слова. Ликантропы – некоторые – умеют чувствовать ложь. Я могла бы ручаться, что Кассандра из них.

– А тогда откуда ты собираешься брать кровь?

Хороший вопрос. А хорошего ответа, как всегда, под рукой не было.

– Не знаю, но убивать никого не буду.

– Ты уверена? – спросила она.

Я пожала плечами:

– Если нужна будет смерть, чтобы положить их обратно, значит, они мертвы. Я никого не собираюсь убивать ради этого.

И с этими словами я посмотрела на трех ожидающих вампиров. Лив, Вилли и – довольно неожиданно – Дамиан. Мало того, что я подняла трех вампиров, среди них оказался и такой сильный, как Дамиан, а это уже страшновато. Он не был Мастером вампиров и никогда не мог бы им стать, но в открытом бою мне с ним было бы страшно. Сейчас он стоял, одетый лишь в зеленые лайкровые штаны и пиратский кушак. При свете ламп его торс поблескивал, как мрамор. Зеленые глаза смотрели на меня с терпеливым ожиданием, которое бывает лишь у по-настоящему мертвых.

– Вы дрожите, ma petite.

– Сейчас мы снова вызовем силу, а потом нужна будет кровь. – Я посмотрела на Жан-Клода, на Ричарда. – Если Ричарду сегодня драться с Маркусом, я не думаю, что на этот раз донором должен быть он.

Жан-Клод склонил голову набок. Я ждала от него язвительной реплики, но он промолчал. Может быть, даже очень старую собаку иногда удается выучить новым штукам.

– Он не запустит клыки в тебя, – сказал Ричард, и карие глаза его заискрились гневом. Когда он злился, то был прекрасен. Его окружала аура энергии, такая, что у меня по коже мурашки ползли.

– Тебе нельзя давать кровь второй раз, если тебя сегодня ждет Маркус, – сказала я.

Ричард взял меня за руки выше локтей.

– Анита, ты не понимаешь. Для него кровососание – вроде секса.

И снова я почти ждала реплики Жан-Клода, но он снова промолчал. Придется мне сказать самой.

– Ричард, это будет уже не первый раз.

– Я знаю. – Пальцы Ричарда впились мне в руку. – Я видел следы у тебя на запястье. Но тогда ты не была под ментальным контролем.

– Помню-помню, – сказала я. – Чертовски было больно.

Ричард подтянул меня к себе, поднял на цыпочки, держа только за руки, будто подтягивал к своему лицу.

– Без ментального контроля – это как насилие. Сейчас это будет по-настоящему.

– Ричард, ты делаешь мне больно.

Я говорила спокойно и ровно, но выражение его лица меня пугало. Напор в его лице, в руках, в теле, в манере меня нервировал.

Он ослабил хватку, но не отпустил рук.

– Возьмите кровь у Джейсона или Кассандры.

Я покачала головой:

– Это может получиться, а может и нет. Если кровь даст кто-то из нас, тогда получится наверняка. А к тому же как ты можешь предлагать чью-то кровь, не спросив владельца?

В глазах его мелькнула неуверенность, и он отпустил меня. Длинные волосы упали вперед, скрывая его лицо.

– Ты сказала, что ты меня выбрала. Что ты любишь меня. Что не хочешь иметь секс вот с ним. Теперь ты мне говоришь, что хочешь кормить его собой. А это еще хуже секса.

Ричард расхаживал по залу, между ждущими вампирами, взад и вперед тем пружинным шагом, который наполнял воздух теплой ползущей силой.

– Я не сказала. Что хочу кормить его собой.

Ричард резко повернулся, глядя на меня: