Я стоял на крутом восточном фасе крепости и с благоговением смотрел на голубую водную гладь Дуная, на зеленый остров, где когда-то находились суворовские батареи, на обвалившийся и заросший травой крепостной вал и ров. В этом месте крепость штурмовала колонна Кутузова. "Он был на левом фланге моей правой рукой", - с восхищением отзывался Суворов о Кутузове и в знак особого уважения и доверия к нему назначил его комендантом крепости.

А теперь над залитыми солнечным светом руинами царила тишина...

За ночь были произведены все подготовительные работы, и утром 3 сентября переправа началась. Из города лился поток людей, машин, артиллерийских запряжек, повозок. Все это погружалось на баржи и тянулось буксирами на противоположный берег. Через несколько часов оживление перекинулось к южному руслу Дуная под Тульчей. Между этими двумя переправами, связывая их в единое целое, протянулась через остров нескончаемая живая лента.

Вскоре победоносные войска 3-го Украинского фронта заполнили Румынскую Добруджу. По основной магистрали от Тульчи на Бабадаг, Констанцу и далее к болгарской границе, расстегнув воротники выцветших за лето гимнастерок, шагали пехотинцы, а в промежутках между пехотными колоннами следовали артиллерия и танки. Веселый говор, шутки, смех и песни не умолкали на дорогах ни днем ни ночью.

5 сентября Советское правительство направило профашистскому правительству Болгарии ноту, в которой объявило о состоянии войны между Советским Союзом и Болгарией.

Спустя два дня, вечером 7 сентября, колонны корпуса, совершив за пять дней 200-километровый марш, подошли вплотную к болгарской границе, а утром 8 сентября по приказу Советского правительства вместе с другими войсками пересекли румыно-болгарскую границу и вступили на территорию Болгарии.

9 сентября в Болгарии произошло народное восстание. Болгарские трудящиеся под руководством Болгарской коммунистической партии свергли реакционную власть и создали правительство Отечественного фронта.

День 9 сентября стал для болгарского народа всенародным праздником днем рождения новой Болгарии, которая порвала отношения с гитлеровской Германией и объявила ей войну.

Нет слов, чтобы передать ликование болгарского народа, освобожденного Советской Армией от фашистского ига. Трудящиеся Болгарии встречали наши войска и хлебом и солью, и всюду слышалось дружеское приветствие: "Добре дошли!" - "Добро пожаловать!"

Политическое управление 3-го Украинского фронта выпустило в эти дни специальную листовку. В ней, в частности, говорилось:

"...Имя Советского Союза, имя России - для болгар и повсюду - великое, священное имя. Звание воина Красной Армии - высокое, почетное звание. Ты окружен любовью и уважением народа как воин-освободитель.

Высоко неси это почетное звание советского воина! Помни, что, кроме миллионов друзей, кругом есть и враги, которые используют каждую твою ошибку, каждый неправильный поступок во вред нашей Родине и Красной Армии, во вред тебе.

Храни военную тайну! Будь везде дисциплинирован, культурен, подтянут!..

Пусть везде, где пройдет Красная Армия, уничтожая врагов человечества - гитлеровцев и освобождая порабощенные ими народы, навсегда останется в сердцах миллионов людей глубокая благодарность, любовь и уважение к тебе товарищ боец, сержант и офицер!"

И советский воин с честью пронес по Болгарии знамя своей армии армии-освободительницы.

К 25 сентября соединения корпуса перевалили через восточные отроги Балканского хребта и сосредоточились в новых районах южнее железнодорожной линии Сливeн - Бургас.

Па корпус было возложено наблюдение за безопасностью юго-восточной границы Болгарии.

К этому же времени войска фронта полностью очистили болгарскую территорию от немецко-фашистских войск.

Командование фронта, оставив в юго-восточной Болгарии в качестве прикрытия армию генерала Шарохина, свои главные силы сосредоточило в северо-западной части Болгарии и готовилось к освободительному походу в Югославию.

В подчинение комфронта вошли и болгарские войска, которые развернулись на болгарско-югославской границе южнее советских войск,

Пока части корпуса устраивались на лагерных стоянках, приводили в порядок материальную часть и приступали к боевой подготовке, я занимался рекогносцировкой болгаро-турецкой границы.

Хорошо запомнились мне долина реки Тунджи и дорога к границе, а от границы - к турецкому городу Эдирне (Адрианополю), когда-то сильнейшей крепости.

Как-то я вместе с болгарским поручиком пограничных войск взобрался на холм вблизи границы. Адрианополь четко выделялся на горизонте своими высокими минаретами. Равнина скрадывала расстояние, и он казался гораздо ближе, чем был на самом деле.