– Блядь… – тихо, но будто сокрушается. Я едва дышу. – Знаешь, что сейчас понял, Зай? Даже в статусе, с Нечаевским кольцом на пальце тебя ревную.

Мне бы раскокетничаться, как это умеет делать Агния, а я пошевелиться не сразу решаюсь. И непонятно, чего боюсь. Наверное, по-прежнему есть опасение, что все резко закончится.

Прижимаюсь ближе, пока грудь не расплющивает о его грудь. Под тканью, которая вдруг начала ощущаться колючей, горят и пульсируют соски. И там, внизу живота и промежности, уже настоящий водоворот эмоций.

– Ты в моем сердце один, – шепчу с томными нотками, которые невозможно загасить.

Он морщится. Касается лицом моего лица. Тихо вбирает воздух. И целует в губы – с той же особенной деликатностью, которую проявляет на людях, но при этом властно, заявляя свои права на меня.

Чувствую себя пьяной, хотя еще ни грамма не пригубила. Голова кружится. А в груди дрожь трепета оживает.

– Надеюсь, я не сплю… А если сплю, то не хочу просыпаться.

– Ты не спишь, Ю. Я с тобой.

Я не знаю, как ей сказать эти слова.

– Слышал, в Японию летите, – протягивает Тоха, останавливая свой въедливый взгляд на Ю.

За столом сидим. Моя рука на спинке ее стула, кончиками пальцев касаюсь голой кожи плеча.

Юния молчит. Смущена и растеряна. Не знает, как себя вести. Как всегда, в такие моменты держится отстраненно и слегка высокомерно. Смотрит на сцену и делает вид, что занудный вой очередного исполнителя всецело поглотил ее внимание.

– Да, по работе. В Окаяму, – делюсь ровным тоном. – Есть цель заключить договор на поставки кое-каких комплектующих.

– Я думал, Германия обеспечивает всем.

– Не всем. Электроника и турбины шли из Италии. Ю пробила, что изготовляют их в Японии, а Италия просто посредник. Хотим этого посредника выключить из производственной цепочки конкретно нашего филиала. Это существенно снизит себестоимость и даст нам преимущество на этапе запуска новых моделей автомобилей.

– Леди Ю такая умница, – заключает Тоха с явным расчетом на какую-то реакцию со стороны Юнии. Смотрит на нее, пока не даю ему знак прекращать. – Понял, – толкает с усмешкой. – Когда свадьба-то, решили уже?

– В сентябре, – отвечаю я, вызывая удивление прежде всего своей невесты.

– Это следующий месяц, – напоминает она взволнованно.

– Да. Следующий. Куда еще тянуть? – последнее фраза – чистая риторика.

– У меня защита диплома, Ян… Который ты, к слову, мешаешь писать, – в голосе Ю появляется напряжение, но я уверен, что это не злость. Я выгибаю бровь, она закатывает глаза. Ребята смеются. – У меня даже наряда нет, Ян. И идей насчет него тоже.

– Можно я тебе платье пошью? – выступает с неожиданным предложением свояченица Чарушина. Все тут же сосредотачивают взгляды на ней. – Обещаю, что не подведу. Знаю, что тебе нужно, чтобы сиять и при этом не потерять своих утонченности, мягкости и нежности.

– Оля – дизайнер-модельер, – поясняет с улыбкой ее сестра и жена Георгиева – Соня. – Сейчас доучивается, но мы с Лизой и Мариной уже сражаемся за ее работы. Кстати, сегодня все мы и девчонки, – указывает на резвящихся рядом детей, – в нарядах от Оли.

– Очень красиво, – быстро оценивает Ю. – Вы все просто очаровательны! Стильные, индивидуальные и естественные. Правда, я в восторге! Нужно обсудить, Оль. Диктуй номер.

Пока девушки обмениваются контактами, все остальные тянутся за бокалами. Все, кроме Илюхи. Тоха толкает для него тост, а он в это время копается в своем телефоне. Кивает, не поднимая головы. Толкаю его плечо. Только после этого прячет мобильник. Сипло прочищая горло, поднимает свой бокал.

– Спасибо. Было бы неплохо, – отвечает на пожелание «двинуться на своем человеке».

И при этом, сохраняя некую отстраненность, с каким-то гнетущим выражением двигает челюстью. Чокаясь, ни на кого особо не смотрит. А потом вдруг на две секунды задерживает взгляд на той самой Оле, и мне на грудь словно пламя ложится. Она зрительный контакт не принимает. Позволяя Илье коснуться своим бокалом ее, смотрит куда-то на стол. Брат тоже быстро переключается на других гостей и с самым беззаботным видом опускается обратно в кресло.

– Мне показалось, или вы с Ольгой знакомы? – спрашиваю на первом же перекуре.

Судя по реакциям, Илюху мой выпад напрягает, но в целом реагирует нормально.

– Ну да, знакомы, – говорит между затяжками. – Пересекались как-то. Она мне понравилась, я ей – нет. Ничего интересного, в общем.

– Похоже, до сих пор нравится. Твой нарочито небрежный тон еще больше вопросов вызывает.

Брат морщит лоб. Выдерживая паузу, смотрит куда-то в пол.

– Не хочу о ней говорить, – отмахивается чуть позже и тут же вставляет сигарету в рот, чтобы задохнуться никотином.