– А, Семён, - оглянулся хорошо знакомый капитану пожилой дядька из отдела судмедэкспертизы, Павел Андреич.
– Добрый вечер. Будешь? Держи, - медик отобрал флягу у ППСников. Капитан хлебнул ароматного коньяка, но от протянутого в качестве закуски яблока отказался.

– Лучше вон лейтенанту дай, он стажёр. По моргам я его потаскал, конечно, но вживую как-то нагляднее. Костя, ты не налегай, тебе ещё вон те дома обходить. На, съешь яблочко и вперёд.

Лейтенант пару раз приложился к фляжке, принял большое зелёное яблоко и пошёл к небольшому рядку домов, которые здесь заканчивали жилую часть города, переходя в гаражные кооперативы и частные автомастерские.

Павел Андреич хрустнул сочным плодом.

– В первом приближении, картина такова. Тот, кто это натворил, полный непрофессионал. Ни знания анатомии человека, ни малейших понятий о сокрытии следов. Сейчас подросток разделает лучше, если сил хватит. И сам постарается не вляпаться. А тут имеем семь беспорядочно разорванных тел...

Хрум-хрум.

– ...разного пола и возраста. Все повреждения, насколько я могу сказать на месте, нанесены голыми руками.

– В смысле?
– Свиридов обошёл медика и внимательно осмотрел слепой проулок. Тела были хаотично расчленены.
– Ты хочешь сказать, что всё это месиво сотворено вот так?
– он сделал движение, будто разламывал жареную куриную ножку.

– Именно. Кровь вон уже вытекла вся, видно хорошо, посмотри на мышечные пучки, - Андреич переставил светильник и включил мощный фонарик, показав на чьё-то бедро.
– Знаешь где я такое только видел? Когда фугасом бойца одного убило. Приложило волной о стену здания, а нога мимо угла пришлась, и ногу это ррраз - и в сторону. Выглядело точно так же. Сломало кость и разорвало мягкие ткани. А вон там, видишь?

Это была другая нога, женская, часть ниже колена. На икроножной мышце отчётливо темнели следы пальцев. Небольшие такие следы. Капитан вздохнул и позвал фотографа, чтобы зафиксировать расположение всех фрагментов по месту.

Вторым медиком, который пока осторожно переступал в тени, оказалась ухоженная женщина средних лет, с убранными под вязаный беретик тёмными волосами. Её Свиридов не знал.

– Тамара, что-то нашла?
– спросил Андреич.

– Да.

Она протянула руку полицейскому, ладошка оказалась сухая и крепкая.

– Это, конечно, ваша компетенция, товарищ капитан, но я бы сказала, что все эти фрагменты от людей совершенно разного общественного положения. Я обратила внимание на уцелевшие части одежды. Очень большой разброс, от джинс областного пошива, до костюма стоимостью в мою зарплату за полгода.

– Занятно. Как вы это определили?

– Ну, с джинсами и так понятно, а костюм...
– Тамара пожала плечами.
– Женщина в женских тряпках всегда разберётся. Точно покажет, конечно, только экспертиза, но на первый взгляд так.

– Спасибо. Андреич, что за срок скажешь?

Медик поковырял стеклянной палочкой, задумчиво посмотрел на тягучую нить.

– Два часа, самое большее. То, что поглубже, даже ещё не совсем остыло. Собственно, вон там сейчас свидетель тебя дожидается, поговори с ним. Я пока додумаю одну мысль, подойдёшь.

Свиридов кивнул. Павел Андреич был одним из лучших спецов области по криминально-медицинской части, и зачастую помогал распутывать дела, которые уже казались наглухо зависшими. Как говорил он сам, "Настоящая медицина - наука столь же точная, как и математика". Свидетель сидел на задней подножке и вместо коньяка приканчивал термос с какими-то травками. Обычный мужчина лет тридцати пяти-сорока, в рядовой для ранней осени одежде, на руку намотан оборванный поводок. Рядом стояла сумка-ранец. Поздний собачник, понятно. Вышел выгулять животину и перекусить на свежем воздухе.

– Здравствуйте. Капитан Свиридов, убойный отдел.

Свидетель, держа в ладонях кружку, кивнул.

– Петров Владимир. Живу тут, в паре кварталов, на Тургенева, - он показал в сторону тёмных дворов по другую сторону дороги.
– Чай будете?

Голос свидетеля был спокоен.

– Давайте. А то я спиртное не очень.

Из сумки была извлечена вторая кружка, в неё плеснулся ароматный травяной чай.

– Я, товарищ капитан, всякое видел. Воевал, а потом ещё кое-где. Как Зона пришла, помогал пограничникам по старой дружбе...

Капитан не перебивал Владимира. Сейчас он сам подойдёт к нужным событиям, заодно и выговорится. Прошлое свидетеля было Свиридову неинтересно.

– ...Хазар почуял что-то. Он пёс старый, опытный, попусту дёргаться не станет. А уж чутьё у него, куда там всяким экстрасенсам. Мы обычно засветло выходим. А он тянет меня в кусты, как будто в засаде хочет укрыться. Здесь уже часов в восемь мало кого встретишь, народ к парку наоборот стягивается. В общем, затихарились мы, вон там, - Владимир показал на густые заросли в сотне метров от проулка. Я выйти хочу, а он не пускает. Где-то было за полдевятого, вижу, идут несколько человек. Издалека не понять, просто рядом или компания какая. Да и сумерки. Потом дошло, разные они все. Особенно дамочка одна, прямо как из дорогого офиса только что вышла.