Но это вызвало еще один вопрос.

– Зачем кому-то нападать на Люцифера?
– cпросила Кэсси.
– Разве он не Бог здесь, в Aду? Разве ему не поклоняются?

– Ему поклоняются по закону, но миллиарды людей ненавидят его. Есть буквально миллиарды людей и демонов, которые хотели бы заполучить его в свои руки.

– Но он же Падший Ангел. Его нельзя убить.

– Нет, но он точно может быть в дерьме. Люцифер правит всем этим городом, но, если хочешь знать правду, он живет каждую секунду своего бессмертия в страхе. Может быть, это его собственный Aд. Во всяком случае, именно поэтому он вырастил плоть Уорренов вокруг всего здания. Так что никто туда не войдет и не выйдет без его ведома.

Это объяснение заставило ее вспомнить о том, что он сказал минуту назад.

– И что ты только что сказал? Здесь есть террористы?

– О, конечно. Большинство из них довольно старые, не очень хорошо вооруженные или организованные. Это повстанцы, ополченцы, которые ведут небольшую партизанскую войну против армии Люцифера и полиции. Революционные движения в Aду существуют с тех пор, как он существует, - Ксек, казалось, впал в уныние.
– Но они всегда получают по заднице. Здесь никогда не будет силы, которая сможет противостоять Люциферу, - Ксек указал на знак на стене рядом с фреской.

Надпись гласила:

РАЗЫСКИВАЕТСЯ:

ЭЗОРИЭЛЬ, ВРАГ ОБЩЕСТВА НОМЕР ОДИН

(ГРУППОВАЯ РАБОТА НЕДОСТУПНA)

– Эзориэль?
– cпросила Кэсси.
– Это имя звучит почти по-ангельски.

– Да, - ответил Ксек.
– Эзориэль был правой рукой Люцифера, вторым ангелом, которого Бог изгнал с небес. Но он не впечатлился тем, как Люцифер управлял этим местом, поэтому он начал бунт в Парке Сатаны, и там начал формировать свою собственную повстанческую группу. Она называется "Контумация"[42], и сейчас это самая крупная террористическая организация в городе. Эзориэль клянется, что когда-нибудь свергнет Люцифера, но все, что я могу сказать на это - он неудачник. Он несколько раз нападал на плоть Уорренов, но они всегда оказывались отбитыми.

Террористы, – подумала Кэсси.
– Революционеры в Aду. Все это звучало удивительно увлекательно. Затем она снова посмотрела на фотографии на фреске; она даже не могла представить себе колдовские биологические технологии, которые, должно быть, были задействованы, чтобы создать такую вещь, как плоть Уорренов. Лабиринт, сделанный из плоти.

– Господи, - пробормотала она с благоговением.

Ксек рассмеялся.

– Ты не найдешь его здесь, но время от времени будешь видеть, как Иуда скачет по городу. Давай. Давай выбираться отсюда. У нас есть дела в Геттоблоках...

3.

– Боже, как я ненавижу приходить сюда, - пожаловалась Ви.
– Почему мы должны идти сюда?

– Мне нужно кое-что сделать, - ответил Ксек.
– В здешних краях я крут. У меня есть связи.

– О, да ты тут местная знаменитость, - простонала Ви.
– Можно подумать...

Район, который они пересекали сейчас, был Геттоблок, и он вонял хуже, чем что-либо еще в Aду. Бесконечные унылые высотки, многие из которых горели или извергали дым из разбитых окон, выстроились вдоль усыпанной мусором главной улицы. Изголодавшиеся и с ввалившимися глазами нищие сидели в отчаянном подвешенном состоянии на столь же бесконечных ступенях парадного входа. Изможденные люди, размахивая ножами, гонялись за полтер-крысами по переулкам, вонявшими мочой и еще чем-то похуже. Другие просто соскребали руками грязь или сточную жижу из канав для еды.

– Здесь беднейшие жители Aда, - пояснил Ксек.
– Здесь миллионы квартир. Но нет ни водопровода, ни канализации, ни электричества, здесь вообще ничего нет.

Им пришлось идти почти посередине улицы, потому что тротуары покрывали высокие, в человеческий рост, кучи мусора. Мокрые брызги раздавались со всех сторон, изможденные жители вываливали ведра с отходами из высоких окон. Из переулка появились и рассеялись несколько демонов с кожей цвета мокко; мгновение спустя появилась человеческая женщина, поправляя грязную, поношенную юбку. Если не считать грязных волос и кремнистых пятен на коже, она могла бы быть привлекательной. Увидев Ксекa, идущего по другой стороне улицы, она присвистнула:

– Пенни за отсос! Пенни за лучший минет!

Затем она дразняще приподняла свою гнилую юбку.

– Э-э, нет, спасибо, - сказал Ксек.

Затем она показала изможденную грудь.

– Да ладно тебе! Ты только посмотри на них!

– Нет, спасибо. Может быть, в другой раз.

– Может быть, другого раза не будет!
– крикнула она ему вслед.
– Ты засранец!

Ксек усмехнулся

– Я просто из вежливости так сказал. Она "зап"-шлюха. Я бы и десятифутовым шестом ее не тронул.

Женщина продолжала махать своей юбкой.

– Ну же, милашка!

Ви пристально посмотрела на нее.

– Держи свою ловушку закрытой, ты, демоническая свалка спермы! Я бы надрала тебе задницу, но ты не стоишь того, чтобы пачкать мои ботинки твоим дерьмом.

– Пошла ты, сука!
– крикнула в ответ проститутка.

Ярость взорвалась в Ви. Она перебежала улицу с ненавистью в глазах.

– О, Ви, просто оставь ее в покое, - простонал Ксек.

Ви продолжала бежать через улицу. Проститутка взвизгнула и убежала обратно в переулок.