– Что происходит? – осведомился Кай.

– Ничего важного, Камаэль, просто наследница забыла, что на чай мы с ней собираемся по средам, а не вторникам, – проворковала Ойзис, и я перевела остекленевший взгляд на неё.

Время, казалось, застыло, пока я пыталась осознать услышанное. Она знала. Прекрасно знала о моих чувствах к нему и его ко мне, но если всех друзей и знакомых я попросила помалкивать, то Ойзис в этот список не входила. Зная, насколько Кай не любит встречаться с архонтами, я упустила мысль, что Ойзис вообще может стать проблемой. Особо ничего достоверного она ему не расскажет, но даже несколько фактов могут заставить Кая начать копать.

– Ты проверил документы? – спросила архонт у Кая.

На лице сына Гипноса проскользнула тень раздражения, но он умело её скрыл.

– Да, посредственные данные, которые не требовали моей проверки, – сухо бросил он, застегнув пуговицу пиджака. – Я говорил, чтобы всю нужную информацию передавали через Мейв.

– Мне показались они важными, – наигранно сникла Ойзис, придав лицу виноватое выражение. – Но я безмерно благодарна тебе, Камаэль, за чуткость и за твоё драгоценное время.

Кай никак не отреагировал на лесть, скорее всего видя её игру насквозь. У меня заплясали белые пятна перед глазами, я изо всех сил сдерживала себя, чтобы не отхлестать архонта её же веером. Тяжело сглотнула, почувствовав внимательный взгляд Кая, голосок внутри предупреждал, что надо убираться как можно скорее. К счастью, Кай не успел ничего спросить, как отвлекла появившаяся с его пальто служанка.

– Сучий ты потрох, Ойзис. Однажды я оторву тебе башку, – сделав шаг вплотную к архонту, тихо прошептала я.

– Обожаю тебя. С первой встречи знала, что мы подружимся, – с улыбкой ответила Ойзис.

– Мы не друзья.

– Уверена? – снова притворно изумилась она. – А вот мне кажется, что только друзья не раскрывают информацию о слабостях друг друга. – Ойзис скосила глаза в сторону Кая. Посыл был ясен.

У меня заныли зубы от того, как сильно я стиснула челюсти.

– Скорее тебе нравится оставлять все козыри у себя, но они не вечны, – чуть спокойнее предупредила я, зная, что сегодня расправа с Дафной отменяется.

– Поживём – увидим.

– Кассиопея, я провожу тебя домой, – встрял Кай. Он не спрашивал и не предлагал, а в своей привычной манере ставил перед фактом, вероятно, недовольный нашим с Ойзис препирательством.

Он не мог слышать диалога, находясь слишком далеко, но опять же, стоит Каю что-то заподозрить, как он начнёт копать. Я отступила от архонта и швырнула ей обратно веер. Поймала Ойзис его неловко, но это не сбило с её лица победную улыбку.

– Что произошло? – повторил свой вопрос Кай, стоило нам выйти за двери.

– Ничего особенного. Я перепутала дни и время нашего чаепития, – вспомнив отговорку Ойзис, повторила я, хотя вышло настолько скупо и глупо, что Кай ответил скептически приподнятой бровью. – Мы с архонтом Зависти теперь лучшие подружки. – Это вышло ещё отвратительнее. Я буквально выплюнула фразу.

От дальнейшего расспроса спасла лестница. Точнее, моя повреждённая лодыжка. Я оступилась на краю ступеньки и едва не рухнула. Кай тихо выругался и подхватил меня на руки. Это было выше моих сил, сердце ускорило ритм до болезненного. Я сжалась в его руках, закрыла лицо ладонями, боясь, что даже такая малейшая близость сломает всю мою выдержку.

– Пожалуйста, поставь меня, – я старалась сохранить голос ровным, но он всё равно дрожал.

Кай напрягся, но не отпустил.

– Поставь, я могу сама. Пожалуйста, – продолжила молить я, при моей попытке шевельнуться Кай лишь сильнее сжал пальцы.

– Перестань дёргаться.

– Нет. Просто поставь. Я сама.

– Хватит, Кассиопея. Здесь пара метров.

Я судорожно вздохнула, когда он наконец остановился у одной из мраморных скамеек недалеко от главных ворот. Кай аккуратно поставил меня на землю, но попытка ступить на больную ногу отозвалась судорогой до самого колена. Кай снял своё пальто, бросил на скамью и буквально вынудил меня сесть на тёплую ткань.

– Не нужно, ты испачкаешь костюм, – воспротивилась я, когда он опустился на одно колено, схватил мой сапог и потянул на себя.

Пришлось прикусить язык, чтобы не издать стон боли, но Кай, похоже, заметил, бросив на меня недовольный взгляд. Не спрашивая разрешения, он снял и тёплый носок. Холодный воздух ужалил тёплую кожу, а прикосновение пальцев Кая к стопе послали волну мурашек.

– У тебя растяжение. Небольшое, но есть отёк, – подытожил он, ощупав мою лодыжку. – Когда это произошло?