— Ах, моя малышка Чарли, — улыбнулся ей Пит, — ты сердишься, что я слишком занят делами и не могу с тобой даже погулять по парку. А что бы ты делала, если бы пришлось стоять здесь и, провожая меня, махать вслед кораблю, как прежде делали девушки на Башне Слез?

— Я бы тебя не отпустила, — отчаянно заявила она. — Но не только потому, что я хочу гулять с тобой по парку. Я волнуюсь за тебя. — Она серьезно на него поглядела. — Ты слишком много работаешь. Ты же создал свои компании, так пусть они работают сами по себе, а ты хоть немного поживи в свое удовольствие.

— Ах, если б все было так просто! — Он покачал головой. — В бизнесе не бывает ни минуты покоя. Стоит остановиться, как тебя тут же вытеснят другие. Постоянно нужны новые идеи и изобретения, иначе конкуренции не выдержать.

— Такое впечатление, что бизнес — это монстр, который пожирает твою жизнь, — с возмущением проговорила она.

— Да. — Он криво усмехнулся. — В некотором смысле это так. Я работаю, целый год только затем, чтобы обеспечить себе работу на следующие два года. И кажется, мне от этого никогда не избавиться.

— Если захочешь — избавишься. Компанию можно продать.

Выпалив эти слова, Чарли затаила дыхание. Мысль пришла ей в голову неожиданно, и она, как обычно, ляпнула, не подумав. Она сразу же поняла, что разозлила его: он весь напрягся и резко выпустил ее из рук.

— Об этом не может быть и речи, — отрезал он и зашагал вокруг защитной полосы к улице Дамрак. — Бездельничать не имею ни малейшего желания.

Чарли кинулась за ним.

— Я вовсе не имела в виду совсем ничего не делать, — стала она уверять, стараясь избежать ссоры. — В жизни есть столько возможностей проявить себя вместо того, чтобы надрываться до полусмерти.

Неожиданно он остановился и посмотрел на нее тяжелым и холодным взглядом.

— Не смей даже говорить на эту тему, — процедил он. — Компания была смыслом жизни отца и брата, а теперь она моя.

— Она украла у них жизнь, — вскрикнула она, неожиданно осознав, что тема их разговора гораздо серьезнее, чем она могла себе представить. Унесет и твою, если так будет продолжаться.

— Упорный труд еще никого не убивал, — резко заявил он.

— Убивают переутомление и стрессы, которым ты себя подвергаешь. Зачем? Зачем ты это делаешь? Неужели тебе мало того, что случилось с твоим братом? Ты просто упрям!

— Я больше не желаю обсуждать этот вопрос. — Он повернулся и пошел дальше.

— Но почему? — Она была в отчаянии. — Я же твоя невеста.

— Вот именно. И когда я делал тебе предложение, ты знала, сколько мне приходится работать, чтобы иметь возможность покупать такие вещички, как этот бриллиант на твоем пальце. Так что теперь, будь любезна, не жалуйся.

— Я не жалуюсь…

Но он ее уже не слушал. Он пошел вперед, а ей оставалось только плестись за ним следом. Вот так все начинается, с горечью подумала она. Ясней ясного он дал ей понять, что вход в эту область его жизни ей запрещен. Раз она хочет быть с ним рядом, придется довольствоваться теми крохами, которыми он возжелает с ней поделиться.

Но она так сильно хотела быть с ним рядом, что приняла бы любые условия. Она всегда будет там, где он захочет, заполняя собой маленькие паузы между, несомненно, более важными событиями его жизни. Она будет забавлять его и согревать ему постель, никогда не требуя большего, чем он захочет ей дать. Несмотря даже на то, что до сих пор не услышала от него признания в любви.

— Неужели ты действительно счастлива, Чарли?

Чарли рассмеялась, и ее золотистые кудри запрыгали на плечах.

— Еще бы, Дункан. Жизнь так прекрасна и удивительна. Ты еще спрашиваешь.

— Ну… просто не могу поверить, что ты выходишь замуж, да еще за такого, как он. Я хочу сказать… видишь ли, он чересчур…

Чарли в шутку ткнула своего старого друга в грудь.

— Больше ни слова! — предупредила его она, стараясь за веселым взглядом скрыть свои сомнения. — К тому же Пит совсем не такой, каким кажется. Он такой сердечный, такой благородный, с ним не соскучишься и… я даже не могу объяснить.

Дункан криво усмехнулся.

— Ну хорошо. Я все отлично понял. Он супермен и Господь Бог в одном лице. Я только хочу, чтобы ты, дорогая, была счастлива. И если что, не забывала старых друзей.

— Спасибо, Дунк. — Она подняла глаза, услышав, как колокол на башне Мюнт пробил очередные полчаса. — Знаешь, мне пора. Хочу сегодня сама испечь торт.

— Испечь торт? Ты? — От удивления он вытаращил на нее глаза. — Тебе не кажется, что такой интерес к домашнему хозяйству уже небольшой перебор? Куда девалась наша прежняя Чарли, которая не умела сварить и яйца?