Шрифт:
– Хорошо. Давай сделаем так. Если тебе важно на что-нибудь смотреть, то смотри в туман. Он иногда бывает похож на то, что тебе хотелось бы увидеть.
– Может быть, - проговорил Мак-Лауд.
– Да, еще, - смущенно попросил незнакомец, - пожалуйста, не кричи... Ты просто думай. То, что хочешь сказать, проговори про себя, а я услышу. Ладно?
Не очень веря в успех этого предприятия, Конан подумал: "Ты эльф?".
И тут же услышал ответ:
– Нет.
"Тогда гном или тролль?"
– Нет.
"Демон?"
– Нет. Не надо пустых перечислений. Не все ли равно, кто я - ведь ты меня не видишь. Может быть, меня вообще нет.
– То есть как нет? Я же тебя слышу?
– А может быть, и тебя нет, - огрызнулся голос.
– И вообще, чего ты пристал? Я ничего не могу сказать, потому что у меня нет названия. На твоем языке меня просто нет, так что можешь звать меня, как захочешь.
– Кажется, я понял, кто ты, - изрек Конан. Ты дьявол, который являлся Господу и смущал его своими речами.
– Ну и самомнение у тебя, - восхищенно заметил голос и, немного помолчав, спросил: - А ты что, смущен?
– Нет, почему я должен быть смущен? Я добрый христианин и твои дурацкие...
– Ладно, ладно, успокойся. Думай обо мне все, что хочешь. Это твое дело, тем более, что это не имеет никакого отношения к тому, о чем я хочу с тобой поговорить.
– А о чем ты хочешь со мной поговорить?
– спросил Конан.
Он закрыл уши ладонями, пытаясь определить, звучит ли голос снаружи или в его собственной голове. Откуда у Конана возникла такая странная мысль, он сам, наверное, ответить бы не смог.
– Обо всем, - голос звучал изнутри.
– Представь себе, что мы просто два странника, которые встретились на дороге. Расскажи мне о себе. Кто ты и зачем оказался здесь. Расскажи...
– Нет, сначала расскажи ты.
– Ладно. Я изучаю вас.
– Кого это вас?
– Всех вас, людей.
– Шотландцев?
– Пусть так.
– Так, значит, ты шпион? Шпионишь для англичан?
– разочарованно заметил Конан.
– Нет. Англичан я тоже изучаю. И других людей тоже. Скажем так: я изучаю всех людей, всех государств и народностей. И поэтому я сейчас разговариваю с тобой.
– И только для этого ты пришел сюда?
– Я сюда не пришел.
– То есть как? Ты же здесь.
– И да и нет. Я везде.
– Послушай-ка, - раздраженно проговорил Мак-Лауд, - перестань говорить загадками!
– Не кипятись! Сейчас я тебе все объясню. Я из другого мира, и на вашей земле никто обо мне ничего не знает.
– Значит, ты лазутчик, которого еще не обнаружили. Шпион какого-то вражеского государства, которое хочет захватить Шотландию, но боится признаться в этом. Ты, конечно, солжешь...
– Ты глуп, Конан. Рамирес прав.
– Откуда ты знаешь испанца? Ты следил и за ним тоже?
– Я тебе уже объяснял, что я из другого мира. И мне наплевать на вашу междоусобную ерунду. Меня здесь вообще нет, и мне нечего делить с вашим народом!
– Тогда почему же я тебя слышу?
– немного успокоившись, спросил Конан.
– Ты меня не слышишь. Ты же только что сам убедился в этом. Ты меня думаешь, точно так же, как и я думаю тебя. Понятно?
– Нет. Не понятно, - Конан разочарованно покачал головой, но почему-то успокоился окончательно.
В конце концов, если "его" нет, то чем "он" может угрожать? И поэтому Конан спросил:
– Тогда объясни мне все-таки, что тебе нужно?
– Давай отвлечемся от этой темы, - предложил собеседник.
– Расскажи лучше ты мне, что тебе здесь нужно, что ты здесь делаешь?
– Я здесь становлюсь воином, - гордо проговорил Мак-Лауд.
– Как это?
– Меня оставил здесь мой учитель. Он спросил, что я вижу вокруг себя, а потом ушел. Поэтому я и принял тебя за него. Так что я сижу здесь, смотрю... Только ничего не вижу. Ты вот пришел, то есть, извини, не пришел, то есть... Ну, ты понял.
– Так я помешал твоим размышлениям? Я не нарочно. Просто ты уже думал о конкретных вещах, и я решил...
– Да нет! Ни о чем я не размышлял и ничего еще не почувствовал. Только тебя...
– Как ничего? Разве ты не почувствовал, насколько это странное место? Разве это не чудо, что этот пень теплый и на ощупь напоминает шерстяное одеяло, разве не чудо, что он греет и защищает тебя от холода и холодного тумана и прохлада не может пересечь его границ? Разве не чудо, что ты здесь уже почти сутки и тебе не хочется ни есть, ни пить?