– Мамуля, - не унимался нахал, вертясь впереди, словно привязанный. Ну что, может, позавтракаем вместе?

Парни продолжали ржать на всю улицу, подбадривая своего смельчака гиканьем и свистом.

Тесса, видевшая все это, поняла, что если не прекратить безобразие сейчас же, то такое знакомство ничем хорошим не кончится. Открыв дверь, она громко позвала:

– Мак! Иди скорее сюда! Быстро!

Дункан появился в дверях и пристально всмотрелся в веселую компанию, продолжавшую издеваться над сохранявшей полное спокойствие женщиной. Парнишка, пританцовывая, кружился перед ней. Зайдя сзади, он попытался схватить женщину за руку.

– Детка, чего молчишь?
– прошипел он, вцепляясь в рукав женского пиджака.

– Мак!
– вскрикнула Тесса, вздрагивая.

Дункан успел сделать пару шагов, приближаясь к потерявшим всякий контроль молодчикам, как вдруг женщина ловким движением нанесла сильнейший удар парню сперва в пах, а когда тот согнулся от боли, вторым ударом разбила ему губы. Потеряв равновесие, он рухнул на асфальт, вереща и корчась от боли. Парни подбежали к нему и, смеясь над неудачником, помогли подняться на ноги.

Дункан облегченно вздохнул и, повернувшись к Тессе, развел руками.

– По-моему, эта дама сама может о себе позаботиться.

Он обнял Тессу за талию и вернулся вместе с ней в магазин. Тесса осталась возле внутренней витрины, расставляя на ней новые безделушки.

Дама в красном прошла мимо витрины и, резко свернув, вошла в магазинчик.

– Вы здорово с ним разделались, - пробормотала Тесса, встречая у двери мужественную посетительницу.
– Я могу вам быть полезна?

Женщина окинула ее взглядом с головы до ног и, улыбнувшись, покачала головой.

– Скорей всего, нет.

Она прошла вглубь магазинчика и, остановившись за спиной Дункана, спросила:

– Вы Дункан Мак-Лауд? Я звонила вам по поводу французского боевого копья.

Мак-Лауд повернулся к посетительнице и приветливо кивнул.

– Да, да, - он отошел к столу.
– Я как раз подготовил его.

Дункан снял покрывало, показывая великолепное оружие, установленное на стойках. Темный металл узкого наконечника блеснул в искусственном свете, играя искорками ажурной резьбы. Посетительница пробежала глазами по копью и, как-то с холодком отнесясь к предложенной вещи, стала осматривать полки, на которых были выставлены и другие предметы.

Внезапно ее глаза вспыхнули.

Стараясь держать себя в руках, она, щурясь, внимательно уставилась на превосходную саблю, помещенную в черный бархат и аккуратно заправленную под стекло.

Дункан перехватил ее взгляд. Странное чувство вдруг овладело им: ему показалось, что посетительница пришла сюда именно за этим клинком. Но это было что-то, едва уловимое, и, не подав вида, он просто еще раз кивнул.

Женщина подошла к шкафчику и, указав на него, спросила:

– Вы позволите?

– Да, только осторожно. Клинок специально обработан. Острый как бритва.

Она извлекла саблю из заточения в стеклянном саркофаге и, взявшись за широкий серебряный эфес, покрутила оружие в руках.

– Не волнуйтесь, - успокоила она Дункана, - я прекрасно знаю, как вести себя с острыми предметами.

– Не сомневаюсь, - улыбнулся Мак-Лауд, видя, с какой нежностью она держит это грозное оружие.

– XVII век?

– Немецкая сабля. Зильбер, - уточнил Дункан.

– Да, я знаю. Его изготовила семья оружейников Остинов для герцога Габелсбергского.

Это знание истории сабли еще больше насторожило Дункана.

– О-о-о, - протянул он, - вы разбираетесь в оружии...

– Я во многом разбираюсь.

Мак-Лауд забрал оружие из ее рук и, отойдя к столу, указал на копье.

– Так как же это?

Достав платок, он стал протирать наконечник, любуясь игрой света в полированной стали.

– Этот меч меня куда больше интересует!
– настаивала посетительница.
– У вас есть на него паспорт?

– Нет. Но у меня есть свидетельство о подлинности марки оружейника.

– Это очень интересно. Но вначале я бы хотела попробовать эту саблю.

– Вы что, хотите пофехтовать этим оружием?
– на лице Дункана появилась глуповатая растерянная улыбка.

– Я обычно всегда это делаю, - спокойно и по-прежнему твердо заявила настойчивая посетительница.

– Когда оружие стоит таких больших денег...

– О цене мы можем договориться позже. Если это подлинный клинок, то мы могли бы проверить его в дружеском поединке. Вы фехтуете?

– Немного.