— Справедливо, думаем дальше.

Баламут сел, подвернув ноги под себя, забарабанил пальцами по колену.

— Будем исходить из наших возможностей, — наконец сказал он. — Пугала у нас нет, разве только что твоё лицо, княжич, может всех прекрасных дев вокруге распугать… Да шучу-шучу, не хватайся за меч опять, поранишься. А вот озеро-то, озеро-то в округе ближайшей от логова Рарога есть?

— Есть, — буркнул Алексей. — Я это знаю. Потому что я многое знаю. И над картами сидел, корпел, до седьмого пота.

— Молодец, молодец, хороший мальчик. Далеко ли оно от пещеры?

Княжич прикинул мысленно.

— Меньше половины версты.

— Так, а вот это хорошо.

Баламут поднялся, подхватил веточку и начал рисовать на земле.

— Значит так. Тут пещера.

Он нарисовал кружок.

— Внутри сидит Рарог.

Он нарисовал что-то больше похожее на распятую ощипанную курицу.

— Это мы.

К рисунку добавились два человечка. Один худой, словно ветка, другой надутый, будто бычий пузырь. Алексей неодобрительно покосился на Баламута, подозревая, кто именно на этом рисунке изображён толстым, но промолчал.

— Значит так, — продолжил Баламут. — Выманиваем Рарога из пещеры и ведём его к озеру.

Он нарисовал большой круг. Чтобы не было сомнений, что это именно озеро, подрисовал на нём волны и рыбок.

— Там заманиваем в воду, — закончил наёмник.

— И что произойдёт? — спросил княжич.

— Не знаю, — Баламут пожал плечами. — Может утопнет, может потухнет. Одним словом, мы в любом случае в выигрыше. Мокрых птиц я боюсь куда меньше, чем огненных.

— Как заманим?

— Не знаю. Рарог же птица? Насыплем, наверное, дорожку из хлебных крошек до самой глубины. Он их по одной хвать, хвать, шажок за шажком, так и потонет. Звучит разумно, как по мне.

— Скверный какой-то план, — сказал княжич.

Баламут скривился.

— Ну вы посмотрите на него, люди добрые. Я ему идею за идеей подкидываю, а он только знай себе критикует, но сам дельного сказать не может ничего. Не нравится мой план — выдавай свой, я послушаю.

Он приложил руку к уху. Алексей смутился.

— Нет у меня никакого другого плана, — сказал он.

— Раз нету, тогда не кривись от моего. Знаешь, как говорится, нравится, не нравится, а щи хлебай, красавица.

— Нет такой поговорки.

— Какой ты мудрец, оказывается, ещё и все поговорки на белом свете знает. Я побольше твоего по Руси-матушке исходил, да побольше твоего мудрости народной впитал. Прекращаем болтовню и действуем по моему плану. Или прямо сейчас разбегаемся в разные стороны. Но Василисе наверное тогда конец придёт, раз ты струсил.

— И ничего я не струсил! — Княжич сразу же схватился за рукоять меча. — Едем к его логову, заманим Рарога в озеро.

Они ползком подобрались к гигантскому зеву грота и заглянули внутрь. В темноте пещеры, на высоком камне сидела гигантская птица. Подвернув голову под крыло, она явно спала. Вокруг тела её дрожал воздух от беспощадного жара, а перья тускло светились, будто солнце сквозь густой туман.

— Рарог это, — шепнул княжич.

— Что, правда? Ни за что бы не догадался, — прошипел Баламут. — Давай, уходим отсюда, пока птенчик не проснулся, а то грустно будет нам.

Они бесшумно отползли назад, подальше от логова огненного стража.

— Не соврал сумасшедший старик в башне, признаю, — сказал Баламут и тут же опасливо оглянулся, словно ожидал, что тот прячется у него за спиной. — Вот пещера, вот и Рарог. Всё как на ладони.

— Стало быть и меч Сварога внутри, — сказал Алексей.

Баламут поёжился и опасливо покосился на пещеру, где спала исполинская птица.

— Так, знаешь, княжич, — сказал он. — Что-то мне разонравился наш план. Ты был прав, скверная идея. Видишь, я могу признать, что ты прав, когда прав.

— Поздно передумывать, — сказал Алексей. — Других идей у нас всё равно не имеется.

— Нету и нету, ну что теперь, расплакаться что ли.

— Нам нужен этот меч.

— Всё бы вам, мальцам, только про мечи думать, — сказал наёмник. — Лучше бы подумал, чего будет, когда эта животинка сообразит, что мы её ограбить хотим. Не думаю, что она нас поймёт и простит за такие подвиги.

— Что же делать, — Алексей пожал плечами. — Надобно биться с ней.

— Да? — Баламут почесал подбородок. — Даже не попробуем договориться? Снимешь шапку. Подойдёшь вежливо, так мол и так, Рарог, друг мой ситный, одолжи железку на пару дней. Мы попользуемся и вернём на место, честное слово. Как новенькая останется, даже не сломаем.

— Всё бы тебе зубоскалить. Если бы фехтовал мечом так же хорошо, как языком, мы бы уже давно её победили.

— Если бы зарабатывал деньги так же усердно, как ноешь и меня попрекаешь, ты бы уже давно в княжеском тереме сидел!