Дверь в кабинет открылась, внутрь зашли трое, тот, что был спереди, сразу же снял балаклаву. Вряд ли бы его гладковыбритое служивое лицо показалось генералу знакомым, поэтому пришлось представить:

— А это Вадим Андреевич, Клещ, знакомьтесь.

— Клещ? — удивлению Воронова не было предела. — Майор? Это вы всё подстроили? Суки!

— Да не майор я давно уже, — возмутился Клещ.

Страх и удивление у генерала быстро перешли в роковую ярость, впрочем, он лишь немного сократил свою жизнь.

Воронов резко вскочил из-за стола, ударил рукой по столешнице, никто в кабинете не чувствовал от него угрозу. Мне просто поскорее хотелось закончить этот цирк, о котором в глубине души я уже немного сожалел.

Лишь чуть приподняв ствол пистолета со стола, я нажал на спусковой крючок. По кабинету разошлись оглушительные выстрелы, подставные конвоиры с опаской отошли в коридор.

Тело генерала падает на пол, за стол. Больше его видеть я не хочу.

Клещ раздаёт указания своим людям, что-то про уничтожение документов и спешную эвакуацию, затем тянет меня за собой в коридор, на ходу несёт неинтересную сумбурщину.

— Сейчас прокатимся на базу, оттуда сразу на вертолёт.

— В Зону полетим? Даже отдохнуть мне не даёшь? — спрашиваю, зевая, чувствую усталость во всём теле.

— Нет, пока ты отдыхал на тюремном курорте, случилось дерьмо, от которого у нас во всех местах волосы уже вторые сутки стоят. Гражданские в неведении до сих пор.

— Так, а что случилось? — спрашиваю.

— Четвёртая катастрофа. Рвануло так, что Зона теперь не одна. Раскидало по всему миру. Очаги аномальной энергии прямо сейчас разрастаются, и никто даже не может понять, обратимый это процесс, временный ли, поглотит эта опухоль весь мир или ограничится локальными Зонами. Короче, мы в заднице ещё большей чем были.

Клещ говорит что-то ещё, и даже не замечает, что весь коридор до лифта тянет меня чуть ли не силком. А ноги меня уже не слушаются, не хотят никуда идти. Я падаю на холодный пол и опостылевший голос полковника Клеща последнее, что я слышу.