Против обычного семнадцатилетнего парня, который, по идее, не может владеть оружием на более высоком уровне, чем опытные дуэлянты, этого должно хватить с большим запасом. Ага, наивные. Да одна физическая печать второго уровня перекрывает их слабенькие баффы, а уж про мой фирменный гормональный коктейль я и вовсе молчу. К слову, даже использовать его не буду. Тупо незачем, а то совсем не интересно будет.

Первым напротив меня встал Соболев. Его меч фонил магией, а сам виконт гаденько ухмылялся. Он не сомневался в собственной победе. Неужели ему не сообщили, что я вытворял на арене академии? Но если и сообщили, ЧСВ виконта явно спустило эту информацию на тормозах, посчитав, что между какими-то сопляками и опытным бойцом должна быть большая разница.

— Снимай бой на телефон, — попросил я Милу. — Чтобы никто не смог потом обвинить меня в нарушении дуэльного кодекса.

— Да тут полно свидетелей, — пожав плечами, ответила Мила и показала на толпу зевак, приготовившихся записать столь эпичное зрелище на мобильники, но всё же достала свой модный смартфон, украшенный блёстками и сердечками, и начала настраивать камеру.

Встав напротив Соболева, извлёк из инвентаря своё оружие, и его улыбка тут же испарилась. Опытный взгляд зацепился за превосходное качество стали, из которой оно было изготовлено. Вот такой нежданчик. Наверняка же он был уверен, что у такого нищеброда, как я, не может быть хорошего оружия.

Противник тряхнул головой, отгоняя посторонние мысли, и встал в стойку. Ну а я кивнул Миле, и та громко крикнула:

— Начали!

Я вразвалочку направился к осторожно приближающемуся виконту. Тот старается до поры до времени скрывать распирающую его тело энергию, чтобы воспользоваться преимуществом и закончить бой за один резкий наскок. Я даже воздействовать на его кровь не стал, хотя времени для этого было достаточно.

Щёлк, ещё один скриншот в мою коллекцию. Надо было видеть глаза виконта, когда я отразил его стремительную атаку, притом сделал это одной рукой, в то время как второй демонстративно прикрыл рот, скрыв зевок. Ну что же, теперь моя очередь. Серия молниеносных ударов, крик Соболева, у которого по ноге потекла струйка крови, а глаза расширились от страха. Ну а чего ты хотел, всё по-взрослому.

Соболев начал отступать под градом моих ударов и даже не мыслил о контратаке. Надо признаться, он был неплох, но сравниться по уровню владения мечом с Великим Багом, естественно, не мог. Когда мой клинок поразил грудь виконта и насквозь пронзил ему сердце, толпа ахнула, а потом взорвалась неистовым воплем. И ведь в каждом мире одно и то же, с грустью подумал я. Дай людям хлеба и зрелищ — и они забудут обо всём. Кровь толпы буквально кипела от выплеска гормонов, а в глазах горел безумный блеск. Мда, надо заканчивать этот цирк.

— Освободите круг, — скомандовал я, и Шнырь, вместе с другими пацанами, оттащил тело виконта в сторону и передал медикам, которые подкатили на потрёпанной машине несколько минут назад.

Я занял исходную позицию, но барон Залесский мешкал и нервно оглядывался по сторонам. Толпа недовольно загудела, а потом послышался презрительный свист. Самые смелые даже украдкой выкрикивали обвинения в трусости, в особо глумливой и матерной форме.

И тогда барон решил действовать. В его руке блеснул артефакт, и в меня тут же полетела огненная стрела. Можно было скастовать защиту, но демонстрировать свои способности столь открыто не хотелось. Уходить от атаки тоже нельзя, позади меня стоят люди, в том числе дети, кого-нибудь точно зацепит.

Немного сместив корпус, активировал интерфейс и частично принял заклинание на броню. Незащищённое плечо обожгло резкой болью, но так было надо для большей достоверности. Всё равно огненная стрела поджарила лишь тонкий слой кожи, да и то на небольшой площади. Изменённые эритроциты, подчиняясь мысленному приказу, успели создать защитный слой, что уберёг более глубокие ткани от термического урона заклинания.

Рванувшись было к барону, который намеревался использовать следующий артефакт, увидел, как из его груди показалось лезвие меча. Залесский захрипел, упал на колени, а потом и повалился на землю. Не жилец, констатировал я. Позади него стояла княжна Анастасия Потёмкина. Девушка была сама на себя не похожа. Простенькая кожаная экипировка, совершенно обычный меч, никаких украшений и макияжа. Хм, странно это, с её-то возможностями.

Девушка приветливо махнула мне рукой, а потом, к удивлению, преклонила колено и произнесла:

— Ваше сиятельство, за убийство аристократа мне грозит смертная казнь. Примите мою вассальную клятву и возьмите под опеку рода Беловых. Клянусь, что буду выполнять любые приказы и верно служить роду.

В моей голове взорвалась атомная бомба. Что здесь вообще происходит?

— Насть, ты с дуба рухнула? — в гробовой тишине проговорил я. — Ты всегда будешь желанным гостем в моём доме, вне зависимости от обстоятельств. Пусть хоть весь мир на тебя ополчится, всё равно сделаю всё, чтобы тебя защитить. И почему это тебя должны казнить за убийство нарушителя дуэльного кодекса?

— Ты что не в курсе? — удивилась Мила. — Не читаешь аристократические новости? Отец лишил её всех титулов и выгнал из рода.

— Хрена се! — вырвалось у меня. — У старика совсем кукуха поехала?

— Не знаю, — тихо проговорила Настя, а потом закрыла лицо руками и разрыдалась, так и оставшись на коленях рядом с трупом Залесского.

— Так, шоу закончено, — гаркнул я. — Расходимся, или я за себя не ручаюсь.

Народ загомонил, но послушался. Толпа начала быстро редеть, но я этого не видел. Подскочив к рыдающей Насте, я обнял её, и она уже завыла в голос от отчаянья. Как будто и не было гордой и уверенной в себе девчонки, с которой я познакомился в приёмной ректора. Осталась разбитая и почти сломленная девочка, которая не знает, что ей делать дальше. Настя не играла, это не был какой-то трюк, кровь не обманешь. Она действительно в полном раздрае.