— Пока ничего, — Николас был задумчив. — У нас слишком мало информации, а та, что есть, весьма противоречива и ответов не дает. Торопиться не будем. На ближайшем собрании я сообщу всем эту информацию. И да, Каллисто, я также сообщу Рихарду об Адельгейде заранее, но возможно, ты хотела бы сделать это сама?

— Никакого желания, — я отвела взгляд в сторону.

— Хорошо, — Николас кивнул. — Если на этом все, можете идти. Наоми, благодарю тебя за информацию. В ближайшее время не рискуй и скройся с чужих глаз. Нам сейчас всем это понадобится.

Наоми кивнула Николасу в ответ на его слова, а затем покинула Библиотеку. Я помолчала, оставаясь задумчиво сидеть здесь, как и Николас, а затем все-таки произнесла:

— Тебе бы быть осторожнее. Возможно, Рихарду лучше бы узнать об этом на совете, когда рядом будут другие братья и сестры?

— Мне было бы удобнее сделать это заранее и при личном общении, — возразил Николас. — Так мне будет проще донести до него нужную информацию, а ему — ее принять. И, Кали, третий круг — последние, кому стоит его бояться.

— А я вот думаю, что первые, — упрямо посмотрела я на него, а затем встала и шагнула, покидая Библиотеку.

Когда я исчезла, Николас вздохнул мне вслед и удрученно покачал головой своим мыслям.

КАЛЛИСТО

До вечера я успела успокоиться. Сегодня был один из тех вечеров, когда не хотелось делать ничего сверхважного. Даже третий круг должен позволять себе отдыхать. И я вот уже больше часа сосредоточено рисовала мышь. Белая мышь стояла на столе безо всякого шевеления. Обычные нормальные существа так не могли бы, но эта мышь была мутантом, разработанным мною совместно с Эрикой Бэккер.

Первые прототипы этого существа были рассчитаны на то, что Эрика сможет периодически забираться к нему в голову, как она делала со мной, когда я была частью ее семьи, и общаться жестами. Однако уже через несколько месяцев пребывания на своем далёком острове совершенно счастливая Бэккер заявила, что нашла там Отца. Никто не понимал, что на самом деле она имеет в виду под «Отцом». Сама она описывала его, как озеро из жидкой тьмы. Последствиями этой ее находки стала ее возможность видеть и управлять тогдашним прототипом постоянно. Однако это же серьезно успокоило ее, и, с ее же слов, у нее больше не было ровным счетом никаких причин уходить с острова.

Однако мы тогда долго обсуждали это с Николасом. Дело в том, что так она стала ещё более опасной. Теперь ее рой буквально обладал единым разумом и фактически являлся одним существом — ею — во многих телах. Более того, скорость воспроизведения этих самых тел, живого пушечного мяса, могла быть огромной, если бы Эрика этого захотела. А ценой были бы человеческие жизни, чьи тела стали бы кормом для ее армии насекомых-мутантов. Единственное, что сдерживало ее теперь — это ее же нежелание всем этим заниматься. Она никогда не хотела уничтожать человеческую популяцию.

Все это обсуждалось долго. Сначала я посоветовалась с Николасом, а затем мы вынесли этот вопрос и на общий совет. Споры у нас шли долго, предлагалось даже уничтожить ее вместе со всем островом. Однако это решение тоже было опасным. Сейчас она нам — друг, и у нее нет никаких причин идти против нас или против людей. Если же наш удар ее не убьет, а так уже случалось, то этот она нам уже не простит, как в прошлый раз, и мы получим в ее лице очень сильного противника. Сейчас же она просто нашла свое счастье и, кажется, готова наслаждаться им вечность, и на внешний мир ей наплевать.

В итоге мы решили оставить все как есть. По нашим прогнозам, эта ее вечная эйфория в итоге за многие годы убьет ее, она растворится в своем «Отце», но все это время она будет счастлива и не представлять для нас угрозы. Ну, а я, со своей стороны, обязана внимательно приглядывать за Бэккер и ее мутантами.

Также поднимался вопрос и о сноходце, что остался с ней на острове. Однако и он не изъявлял желания оттуда уходить. Можно сказать, это было единственное безопасное место для него во всем мире. Кажется, парня мы совсем запугали, но что поделать.

Вот так в итоге и получилось, что Бэккер теперь могла постоянно общаться со мной через мышь и видеть ее глазами. А вот конкретно сейчас по моей просьбе она позировала мне для рисунка. За последний десяток лет не так уж много у меня было времени на такие вещи, как рисование, вот и навык оказался серьезно забыт, так что получалось не очень хорошо.

В голове тем временем крутились мысли о Старике. Если сложить вместе все, что я знаю, картина получается странная. Каким-то образом Ада связалась с ним. Логических путей не вижу, узнать о ней ему было неоткуда, она вообще числится мертвой, то есть их знакомство похоже на случайность. И хотя слова «случайность» и «Старейшина» я бы рядом не поставила, в данном случае, видимо, будет исключение. Старик знает Аду и, что не менее удивительно, защищает ее. Но такого быть не может, я бы, скорее, предположила, что он разыгрывает представление перед Адой. Но и тут сразу много вопросов, например, зачем ему это? Опять же, намного проще нанять людей, а потом вмешаться, чем связываться с нами, с третьим кругом. Это слишком рискованно даже с учётом того, что противником Ады должен быть кто-то очень сильный, чтобы ей вообще потребовалась помощь. По всему так выходит, что это не было частью его плана. Более того, ему было бы выгоднее убить Грегори, пока Наоми отвлеклась на Аду, а потом попытаться добить Наоми. Но вместо этого он оставил его в живых, чтобы спасти Аду из рук Наоми, словно он вообще не посылал Аду как приманку.