Я резко остановилась.

— Я отведу? Ну конечно, меня же спросить не надо.

Кевин тоже остановился и посмотрел на меня:

— Извини, Ада. Я не привык.

— Не привык спрашивать чужое мнение?

— Не привык к свободе выбора.

Понятно, что-то сноходческое. Тогда, пять лет назад, он упоминал о том, что ни у одного сноходца на самом деле нет свободы выбора. Но я сейчас слишком злилась для этих серьезных философских материй, так что в ответ я лишь тихо вздохнула и продолжила путь.

Постепенно злость на него уступала место радости. Он жив, он вернулся, и это прекрасно. А к лидеру я его в самом деле отведу, и сделаю это сама. А то ведь он наверняка и без меня пойдет, но если вдруг Лестер в курсе о существовании сноходцев, то пришибет ненароком, когда Кевин скажет, кто он такой. Если скажет, конечно. Но в любом случае, с Лестером поговорить нужно.

Я громко постучалась в крупную дверь и вошла. Так уж повелось, что к нему в дом в любой момент мог прийти любой член нашего братства с проблемой, так что домом это место назвать было можно с трудом, скорее уж, огромным рабочим кабинетом, но он здесь жил, а значит, это и дом тоже.

Лестер вышел из соседней комнаты, где была кухня, и, увидев новое лицо, нахмурился и напрягся. Он сразу предположил худшее: что меня привели силой. Однако никаких угроз он не заметил, так что уже через секунду немного расслабился и перевел свой вопросительный взгляд на меня.

— Познакомишь нас?

— Его зовут Кевин. Он мой старый… знакомый.

Другом бы я его сейчас для Лестера не назвала, поскольку не знала, друг ли Кевин для нашего братства. И тут вмешался сам Кевин, зайдя с козырей безо всякой моральной подготовки:

— Я — сноходец и пришел, чтобы обсудить, чем могу помочь.

Это он лихо. Теперь уже напряглась я, но реакция Лестера меня удивила.

— Сноходец, значит? — Лестер задумчиво прищурился, а потом махнул рукой. — Ну проходи, сноходец, пообщаемся.

Мы расположились за столом, и Лестер кивнул ему:

— Ну что ж, я готов тебя выслушать.

Они пристально смотрели в глаза друг другу, когда Кевин заговорил:

— Сны показали мне многое. Меньше, чем я хотел бы знать, но больше, чем вообще стоило бы кому-то знать. Я знаю, что произошло и откуда этот внезапный крах Уробороса. Я знаю, кто в этом виноват и что будет дальше. И пришел, чтобы помочь.

— И какая же тебе с этого выгода?

Лестер — в своем репертуаре, вечно второй круг всех во всем подозревает.

Я уже хотела вмешаться и возмутиться, что иногда люди могут и просто от всей души помочь, но Кевин ответил раньше:

— Я просто хочу видеть меньше печальных снов.

А кстати, чего это мы тут втроем? О приходе сноходца надо бы всем советом обсуждать, так как Лестер хоть и лидер, но в одиночку, без сбора совета, решение за всех он принимать не может.

— Подождите, — вмешалась я. — Давайте для начала позовем остальных из совета нашего братства, чтобы сразу все послушали.

— Не стоит, — возразил Кевин.

— Это еще почему? — сразу вскинулась я.

— Потому что все, что я расскажу, касается только тебя, его и меня, — Кевин кивнул на Лестера.

— Поддерживаю, — вмешался Лестер. — Пусть расскажет сначала нам, а мы потом расскажем остальным все, что потребуется.

— Ах вот значит как, — я поднялась, опираясь на стол ладонями. — Вот ты и проявил опять свою натуру, Лестер. Маг второго круга, всегда им был и будешь. А ты, Кевин? В тебя я верила, но сейчас ты ведешь себя точно так же, как Змея и как этот вот магический ублюдок.

Я ткнула пальцем в Лестера, но он ни капли не обиделся, а ответил мне Кевин:

— Змея начала это все, Ада.

— В каком это смысле? — не поняла я, медленно в шоке усаживаясь обратно.

— Кто такая Змея? — уточнил Лестер.

— Моя бывшая наставница, — буркнула я, отводя взгляд в сторону.

— То есть сейчас передо мной сидит ученица той, что уничтожила Уроборос? — Лестер откровенно веселился.

— Не пойму, что тебя забавляет! — возмутилась я. — И вообще, я ее ненавижу!

Ученик, ненавидящий своего учителя, для Уробороса не новость, так что Лестер моим словам значения не придал.

— Как она это сделала? — Лестер посмотрел на Кевина.

— История долгая, но я постараюсь укоротить. Некоторые маги второго круга иногда сталкиваются с магами более высокого статуса, которых можно смело называть третьим кругом. Эти люди принимают решения на мировом уровне, буквально определяя политику и направление развития многих стран. При этом даже не весь второй круг знает об их существовании.