Они подошли к огромной расщелине у скалы.

— Там кто-то должен быть?! — крикнула Мария, перебивая гул чаек и моря.

Галахад убрал руку с лица и зажмурил глаза.

— Нет! Не там. Здесь! Где мы и стоим! Раньше тут жили люди! — с досадой кричал рыцарь.

— И что с ними стало! Где они?!

— Пойдем к расщелине!

Но и там их ждала неудача. Место было пустым и тихим, настолько тихим, что ушам пришлось привыкать к этой пустоте.

— Не думаю, что в этой пещере или на пляже кто-то жил, — сказала Мария, протирая правое ухо от песка, — в последнее время точно. Как давно ты здесь кого-то видел?

— Лично? Пятнадцать лет назад, — Галахад осматривал расщелину горы в поисках следов недавнего пребывания людей. — Но совсем недавно в город заезжал торговец, мы с ним разговорились, и он убеждал меня, что эта община всё ещё существует.

Мария засмеялась, хоть и была расстроена тем, что они никого не нашли.

— Сэр Галахад, торговцы чего угодно наплетут, лишь бы продать вам. Они так располагают к доверию.

Рыцарь в последний раз пробежался глазами по пещере.

— Много ты знаешь для тринадцати лет.

— Ой, тут много ума не надо. У торговцев работа такая.

Галахад сел на один из многочисленных камней. Девочка повторила за ним сев рядом.

— Какой у нас теперь план? — спросила она.

— Что ж, как мы видим, опираться на знания пятнадцатилетней давности я не могу. Значит, все небольшие поселения, о которых я помню, мы вычёркиваем. Остаётся город — Серебрадэн. Он точно стоит. Правда… пятнадцать лет назад там располагалась академия чародеев. Может и это изменилось. Но будем надеяться, что нет.

— А все чародеи знакомы с магией мёртвых?

— И да, ещё будем надеяться, что хоть один из них с ней знаком.

— Она настолько непопулярна эта магия? Почему?

Галахад взглянул на Марию, подняв брови.

— Да, поняла, магия мертвых же. Кому нужна такая магия.

Галахад кивнул в знак одобрения и отвернулся.

Мария продолжила:

— Но можно же говорить с мёртвыми?!

— Даже больше, можно воскрешать своих умерших близких. Но если не рассчитать силу заклинание, если ошибиться, то можно подарить близкому человеку и себе бессмертие.

— Это плохо, вечная жизнь?

— Никто не оказался готов к концепции бессмертия. Жизнь превращалась в тюрьму для вернувшихся и вернувших. Как только короли прознали о возможности бессмертия людей, эту практику запретили везде. Они выловили всех бессмертных и «спрятали их».

— «Спрятали их»? Куда?

— Мария, не спрашивай.

Лицо Галахада помрачнело. Под «спрятали» он имел в виду похоронили заживо, закопали на десятки метров под землю. По сей день те чародеи живут там. И надеяться им можно только на одно — что их бессмертие имеет конец.

— Хорошо. Но если не ошибаться и воскрешать людей не навсегда? Это же хорошо?

— Если сможешь освоить заклинания — да. Если у тебя есть смелость и бесстрашие. Мудрость и талант. Можно временно воскрешать союзников на поле боя. Можно воскрешать противников, чтобы добывать информацию. О прошедшей битве, о расположении войск врага. Именно поэтому чародея, владеющего магией мертвых, чаще всего можно увидеть на поле битвы. При подготовке к ней, рядом с генералами. Тебе нужно быть из особого теста, чтобы выбрать такой путь. Быть в гуще смерти, в грязи и крови и при этом не боятся последствий своих ошибок.

Мария наблюдала за бушующими волнами.

— Так зачем они выбирают такую жизнь? — спросила она, словно обращаясь не к рыцарю, а к тем силам, что толкают волны.

— По той же причине, которая заставила меня двадцать пять лет назад начать совершать подвигами. Слава. Золото. Женщины. Я оглядываюсь назад и вижу ребёнка на своём месте. Ребенка, который легкомысленно обменял свою жизнь на ценности, которым в конце концов грош цена. Я увидел в себе талант убивать и без раздумий обратился к нему как к спасению, за что можно зацепиться, за что можно получить людские удовольствия.

— Но ты спас столько жизней.

Галахад почувствовал сочувствующий взгляд Марии, но смотреть на неё не стал.

— Я знаю. Но столько же я и забрал. Во имя короля, во имя чести. Во имя роскоши. Теперь мой король хочет меня убить. Свою честь я оставил на площади. А роскошь? На неё я покупаю выпивку. Ничего из этого не принесло мне счастье.

— Я не понимаю, — Мария сложила руки на груди. Ударила пятками по камню. — Кто сказал, что мы должны быть счастливы?

Галахад посмотрел на девочку, поднимая бро…