Растоптанные кроссовки ступали бесшумно, но дичь все же вспугнули: из дверей родного хозотдела вывалился некто пошатывающийся, глубоко чуждый, громогласно рыгнул и уставился на керста с изготовленным автоматом.

Нет, менять план не будем. Игорь шагнул к стене, различил вверху тени, всадил в них очередь…

На этот раз в ответ успели вдоволь пострелять и даже задели. И все же, армейский автомат давит короткостволы как таежный секач городских шавок. Вверху попадали, застонали, с пальбой закончили. Игорь, шепотом матерясь, бил прикладом АКСа по загривку безумца, вцепившегося в ногу керста. Зубы у чужака были так себе: как не пытался рвать, толком не получалось и прокусить плотный камуфляж. Но и не отпускал, скотина. Это тот, из коридора, улучил момент, подскочил, падлюка. Пришлось развернуть автомат, потратить пулю и снести гаду полчерепа…

Игорь отряхнул с брюк вязкие капли. С верхних ступеней тоже текло, багровый ручеек капал в пролет. Плафон над лестничной площадкой разбила пуля, но сама лампа уцелела. Это правильно, а то возись с цоколем. Пощипывало пожеванную ногу, но больше беспокоила рука: бицепс разорвала пуля, кость тоже задело — саднило ощутимо. И кровь течет. У керстов с кровопотерями попроще, но все же…

Драть на бинт одежду кусачего чужака не хотелось — с виду откровенный бомжара, да еще и датый — перегаром даже из уполовиненного черепа прет. Взгляд этого безумца помнился — хоть и пьяный, а такая злоба бешенная.

В хозотделе аптечка есть, зайти по-быстрому…

В отделе оказалось погано. Урчали, топали, хрипели и чавкали, словно и не было пальбы за стеной. Пахло немытыми телами, мочой, водкой и очень живым потом. Человек шесть поспешно жрали, топтались в очереди к сдвинутым столам. Среди бутылок, рассыпанных фисташек, селедочных голов и пакетов с соками, лежала Исполнительная, держала огромные ляжки задранными, блаженно ахала, принимала. Дорвалась под конец, повезло…

Хари повернулись к керсту, гнилозубо оскалились. Нечто, еще недавно бывшее Тать-Ванною, возопило матерно…

Игорь раздавал пули экономно, без особой спешки. В него опять успели попасть: на этот раз банкой шпрот, хорошо, что почти опустошенной. Все равно бронежилет маслом испоганили…

Керст, стараясь не наступать на лица и животы, прошел к шкафу. Аптечка стояла на месте, жгут резиновый имелся, пакет первой помощи — все на месте. И ополовиненная бутылка коньяка нашлась. Плеснул на дырку в мясе руки, в рот… Стало чуть лучше.

Игорь выбрался в коридор. Вот такая она, значит, Психа. Впрочем, Исполнительная давно, наверное, была инфицирована, нынче обострилось у нее. В любом случае, смерть ей ничуть не к лицу. У, забыть бы…

А внизу все еще тихо. Не атакуют подвал. Хотя, судя по часам всего девять минут прошло. Не успели подтянуть силы?

— Второй! — ожила рация. — Куда запропастился?

— Возвращаюсь как раз.

— Осторожнее. Выдвигаются чубакры к подвальной лестнице. Типа разведки боем.

— Понял тебя. Как раз будет.

— Ты, наглый, на лифте, что ли? Тьфу…

В кабине Игорь поменял магазин. Рука почти не мешала, кровь редко капала на пол. Куртка, конечно, на выброс. Вот что об этом думать?

Зашипели двери. Керст начал стрелять в увеличивающуюся щель, едва увидев за ней шерстистые тела. Столпившиеся чубакры задвигались, заметались — удара во фланг не ожидали. Игорю пришлось вжиматься в угол лифтовой кабины — бессмысленные существа ввалились и внутрь, скребли лапами с рыжими когтями. От подвальной лестницы бил из маузера начоперот…

Игорь перебрался через подергивающиеся трупы, пришлось опираться здоровой рукой — на ощупь чубакры оказались вроде китайских мохнатых игрушек. Только чересчур твердые.

— Рука? — поинтересовался начоперот, втискивая в маузер новую обойму.

— Работает пока, — отозвался Игорь.

Рука вроде действовала, но в целом было не очень хорошо. Заваленный телами «предбанник» перед лифтами слегка покачивался. От каменной пыли от исклеванных пулями стен и запаха крови дыхание затруднилось.

Слишком живо тело и чувства керста. Сейчас бы наоборот.

— Соберись, не обманывайся, — понимающе потребовал Вано. — Сейчас сила важна. Что толку просто стоять тенью, да следить как прут? Их еще тьма. Драться нужно.

Керсты смотрели в сторону вестибюля: в ту сторону чубакры лежали однослойно, а за углом вновь начиналась груда. Мрамора пола вообще не видно: багровое кровавое болото с клочками шерсти и блестками гильз. В вестибюле топтались и густо дышали. Сколько там чужаков уместится? Сотня? Полторы?

Внезапно там задвигались, взволновались. Керсты вскинули оружие.

Где-то в районе развалин ресепшена внезапно взвизгнули и возмутились:

— Это чего?! Шмондец какой, предупреждать нужно! Куда лапы, лохматка?! Убери, говорю!