После прихода лекарки, которую Субира называла Азенет, и, видимо была с ней знакома, она немного успокоилась и смогла обратить внимание на что-то ещё, кроме сына. По приказу хозяйки мне принесли кресло и соорудили навес. Даже появились рабыни с опахалами. В общем, в «операционной» к недовольству врача толпился народ.

После проведения «ритуала» и подготовки Азенет влила в приоткрытый рот пациента немного жидкости из поданной помощницами бутылочки. Одна из девушек аккуратно придерживала мальчика, надавливая руками на грудь, другая же «фиксировала» ногу.

Раздражённая лекарка сделала разрез. Её чувства были объяснимы. Сначала по моему приказу телохранители выгнали всех «лишних», затем ей и помощницам пришлось вымыть руки с очищающими средствами и только потом приступить к своим обязанностям.

Всегда считала, что в Та-Кемет в эти времена не делали операций, ведь тело было священным сосудом и даже парасхит, посмевший разрезать тело перед мумификацией, обычно был вынужден бежать с места «работы», чтобы его не побили родственники или специально нанятые для этого люди.

На деле всё оказалось намного запутаннее и сложнее. Я с вожделением поглядывала на «пухленький» папирус, лежащий рядом с лекаркой. Интересно, что там такого написано.

Азенет оказалась довольно опытной. Крови при операции вытекло немного. Наконец, закончив, она соединила края раны и прикрыла его… куском свежего мяса! Тот, оказывается, принесли с кухни по её распоряжению. А я сидела в кресле, с ужасом наблюдая, как женщина споро забинтовывает конечность в льняные полосы.

Вымыв руки, лекарка вновь принялась читать молитвы и окуривать мальчика. Приподняв веки и осмотрев глаза, разрешила помощницам переложить того на подготовленные носилки и унести в дом. Дождавшись, когда врач закончит укладывать лекарства, оставив грязные инструменты на долю девушек, я подала ей знак приблизиться.

– Как состояние мальчика?

– Он выздоровеет, божественная, – ответила она, опять упав на колени. – Его ногу не тревожили, и внутри не оказалось дополнительных повреждений.

– Поднимись! Я заметила у тебя папирус, в который ты иногда заглядывала.

– Да, Великая госпожа, это сборник мудрости великого лекаря прошлого.

– Могу я взглянуть на него?

По лицу Азенет пробежала гримаса. Это длилось лишь мгновение, и, поклонившись, она передала мне свиток.

Я уже довольно сносно понимала написанное. Было видно, что изготавливали сие произведение в хорошей мастерской. Текст лечения выделялся от описания болезни цветом туши. Жаль, только рисунков не было.

Ба «буркнуло», что подобные вещи стоят баснословно дорого, и женщина явно боится, что я потребую его себе, а она не сможет отказать Великой Царской Супруге. Скорее всего, на второй такой документ средств у неё не хватит.

– Очень интересно, и я хотела бы его почитать, но он явно нужен тебе в работе. – При этих словах лекарка тяжело вздохнула. – Где возможно заказать подобный? Или же ты разрешишь моим писцам скопировать его?

Осознав, что отбирать ценность не будут, Азенет наконец расслабилась.

– Я счастлива разделить подобную мудростью с божественной. Моя помощница будет приносить его и забирать при необходимости.

Прояснив этот момент, тут же стала знакомиться с текстом, стараясь понять уровень местных знаний. И поразилась. В папирусе содержались рецепты и магические заговоры в различных направлениях. Сердце, почки, печень, желудок, лёгкие… описывались различные симптомы и методы лечения. Не обошли вниманием и гинекологические заболевания, а также беременность. В рецепты вчитываться не стала, пока с трудом понимаю написанное.

– Если Великой госпоже интересно, в храме, где я училась, было много интересных папирусов, посвящённых лечению и магическим обрядам. А моя подруга из соседнего города специализируется на зубах. У неё должны быть свитки, посвящённые этому.

– Узнай, сколько стоит сделать копию с них? Я пошлю заверение, что «великий дом» расплатится за работу. Пусть писцы привезут их по готовности.

Я ещё недолго расспрашивала Азенет об учёбе и практике, пока её помощницы приводили в порядок инструменты и собирали сумки. Но нас прервал запыхавшийся гонец. Телохранители хотели его прогнать, но заставлять лекарку тратить время на разговоры со мной, когда её ждёт новый пациент, не стала.

Уходя, Азенет оставила мне другой, небольшой папирус… женский. С рецептами «красоты» и молодости… Перемежались они различными тестами на пол ребёнка для беременных и другими «полезными» рецептами.

К примеру, брались два мешочка, один с ячменём, другой с пшеницей. На них нужно было помочиться. Если пойдут ростки у ячменя, то точно родится мальчик, и, естественно, если наоборот, значит девочка.

Увлекшись столь познавательным чтивом, не заметила, как начало темнеть. Первым вернулся Аапехти. Проведя надо мной сеанс окуривания (я сегодня, кажется, дыма надышалась на год вперёд), он немного успокоился и предложил отложить обед на более позднее время, чтобы меня не стошнило при ритуале.