— Сиди, сиди! — проговорила Патрисия. — Торт выглядит ужасно аппетитно, не хочу портить тебе десерт. Я скоро.

Сжимая в руках серьги, она подхватила сумку и направилась к рынку на поиски торговца ювелирными изделиями.

Нечего и говорить, что Брайан не остался сидеть на месте в обнимку с тортом. Процедив сквозь зубы что-то о женщинах в целом и Патрисии Кромптон в частности — что-то явно нелестное, — он бросил на тарелочку кипу банкнот, которых хватило бы на десять таких обедов, и бросился к выходу.

Поравнявшись с нею, он заметил на ее лице удивление. Неужели она думала, что он оставит ее одну?

Жалкая притворщица!

— Зря ты торопишься, Брайан, — произнесла она с изысканной вежливостью. — Даже прожевать как следует не успел. У тебя будет несварение желудка.

Она подошла к торговцу, у которого купила серьги, извлекла из сумки блокнот, написала в нем свое имя и номер коттеджа, в котором они остановились, и протянула ему.

Торговец был явно озадачен.

— Бедняга не знает, что и думать, — заметил Брайан.

Патрисия потрясла серьгами, затем изобразила, как работает ювелир над своим изделием, и сказала:

— Мне нужно поговорить с тем, кто это сделал. — И указала на листочек из блокнота.

Торговец бессмысленно взирал на нее. Брайан, не успевший засунуть в карман бумажник, достал из него десятидолларовую бумажку и помахал ею перед его носом. Затем указал на сережки и на листок из блокнота Патрисии.

Торговец явно оживился, он что-то проговорил и энергично закивал.

— Деньги — язык, понятный каждому, — сказал Брайан.

— Может, он поймет, что нам нужно?

— Надо поговорить с портье в гостинице. Он наверняка знает, где разыскать переводчика.

— Верная мысль, — сказала Патрисия. — Тогда… займемся делом.

Брайан проследил за тем, куда был устремлен ее взгляд: она смотрела на фотографию, красовавшуюся у него в бумажнике. Он тут же его закрыл и засунул в карман брюк.

— Делом? — резко спросил он.

Патрисия кивнула.

— Каким делом?

— Пока не, знаю… — Казалось, она никак не может сосредоточиться на том, о чем шла речь всего несколько секунд назад. Ее взор был устремлен туда, куда отправился бумажник Брайана. — Мне бы хотелось взглянуть на мастерскую, где изготавливают эти изделия. — Она задумчиво посмотрела ему в лицо, явно желая о чем-то спросить. Но ничего не спросила.

— Зачем это тебе? — спросил он, чтобы отвлечь ее внимание.

Патрисия продолжала хмуриться.

— Тебе-то какая разница? — не отступал Брайан. — Закажи такие же сережки какой-то фабрике в Австралии или в Европе.

— Похоже, Брайан, ты не понимаешь даже основополагающих принципов, на которых построен наш бизнес.

— Да что ты!

— Когда ты в последний раз изучал товар?

— Давно, — сказал он. — В любом случае даже если бы я ежедневно забегал в магазин за покупками, то сережки приобретать не стал бы.

Они мне явно не к лицу.

Опять он начинает язвить.

— Естественно. Это же безделушки, бижутерия, не серебро и не золото. Разве можно их подарить женщинам, с которыми ты привык встречаться!

А тебе-то об этом что известно? — говорил его взгляд.

Патрисия в упор посмотрела на него, словно отвечая: еще скажи, что я не права!

Он оставил ее замечание без ответа.

— Такую вещицу с радостью купит молодая девушка — себе или подруге в подарок. Это что-то вроде сувенира, безделушка на память.

— Значит, эти серьги ты купила для своей сестры?

— Для Джессики? — вытаращилась на него Патрисия. — Господи, конечно же нет! Она такая утонченная, эти серьги будут выбиваться из стиля. Они для тех, кто моложе, кто не стесняется поразить окружающих. Кому это доставляет удовольствие.

— Ты с таким восторгом говоришь об этих серьгах, — заметил Брайан. — Как о восьмом чуде света.

— Мы всегда искали, чем бы привлечь в наш магазин молодых покупательниц.