Только эта ошибка ордынцев ситуацию резко осложнила. Как на дороге применить мины? Ну, одну поставить можно. Подорвётся одна лошадь. Так потом вперёд русских рабов погонят, и эта одна лошадь будет единственной потерей в двух туменах.

А пушки? Ну снесёт выстрел пару тройку рядов, ажнать шесть человек. Просто опять вперёд набранных по окрестным сёлам крестьян погонят.

То поле, на восток от Житомеля, было единственным местом, где все его задумки могли сработать.

Так ладно место… Черт бы их побрал! Так ещё теперь и времени нет на подготовку новой операции. Переяславцы и два отряда татар во главе с мурзами Калнтаем и Чиричем в десяти верстах от Житомеля. Не у них же на глазах устраивать рытьё окопов.

Сейчас они стоят. Всё же лобовая атака татарских конных лучников, которая дорого им обошлась, пыл наступательный у них поубавила. Полста человек убитых и раненых.

Мечеслав с Андреем Вороном сейчас там рулят, дорогу перекапывают. Стрельба по коннице из засады вещь эффективная. И это враги понимают не лезут.

Итак, а что он бы сделал на месте ордынцев?

Всё же пошёл бы в обход. Нашёл, как в кино про триста спартанцев, горбуна, который бы провёл отряды в обход. Даже сомневаться не стоит, что лесные дороги есть, и что горбуны найдутся. И за деньги найдутся и за идею, как же проклятые галичане и литвины опять на Святую Русь напали. Вечно от них все беды. Найдутся и не только за пряник, за кнут тоже найдутся. Возьмут старосту селеща и нож к горлу жены или сына приставят.

— Веди!

— Пошли, только Стешу не трогайте.

— Не тронем, коли выведешь, ещё и наградим. Чё мы звери чи шо. Вон у неё какие глаза красивые. Зелёные. Надо тебе её глаза? Сейчас вынем.

С татарами понятно. А ему что делать? Профессор Виноградов сидел над схемой и так пробовал, и эдак. Везде всё было плохо.

Самая здравая мысль, которая в усталую голову пока пришла — это отступить к Киеву. Поменяться с ордынцами местами. То самое поле Русятинское, только местами противники поменяются. И засадный полк на том же холме, замаскированный в новеньком лесу. Вся разница в том, что атака будет не правым флангом, а левым.

Минусов была тьма. Главный — это Житомель. Его нужно будет оставить ворогу. И что князь скажет? Князь Иван Александрович — младший брат Романа Александровича Брянского уже приезжал и интересовался планами. Как-то дошли до него новости о неудачной засаде. И нечего ему пока сказать.

— Ремонтируй ворота и стену.

Событие сорок девятое

Девана (рус. Зевана, Dzewana, Dziewonna) — по Яну Длугошу — богиня охоты в западнославянской мифологии. Возможно, женский мифологический персонаж сезонного обряда.

Шумел сурово Брянский лес,

Спускались синие туманы,

И сосны слышали окрест,

Как шли на немцев партизаны.

Немцев?

Спускались синие туманы…

Как на татар шли партизаны!

Вона как! Не хуже Пушкина. Песня про партизан вспомнилась не просто так. Нужно было занять ордынцев и всяких ренегатских переяславцев на пару деньков, чтобы построить новую линию обороны. Работы тьма, первый раз за три дня еле-еле управились. Сейчас, правда, лес не нужно загущать, а ветки и сосенки для прикрытия батарей уже имеются, зато появилась новая работа. Окопы нужно зарыть, мины из ям вытащить, и эти ямы тоже зарыть и замаскировать. Не должно у поганых подозрения возникнуть.

Сусанина нашли быстро. Даже пятерых. И не крест животворящей это сделал, а гривна серебряная. Для местных крестьян или охотников этот кусок серебра — огромные деньги и проводить десяток пеших стрельцов — лучников до лагеря ордынцев и переяславцев легко нашлись желающие.

Пять так пять. И никакой координации не надо. Подошли через чащи, ручьи и болота к лагерю, обстреляли в ночи и скрылись в болотине. Через пару часов снова. И так с разных сторон. Вперёд вороги такими малыми силами не пойдут. Отступят, поджидая основное войско. И основное войско прямо с ходу в атаку на Житомель не ломанётся, будут лагерь разбивать. И их обстрелять.

В первую ночь пятёрка Емели добралась, как раз до того места, где засада не удалась. Поганые встали лагерем прямо на дороге и в брошенном селище Лука. Князь Иван Александрович в первый же день тиунов разослал по ближайшим селищам со строгим указом уходить всем. Прячьтесь в лесах, на болотах. Седмицу, а то и две нужно будет пересидеть.

Люди ушли и скотину увели. Какие сейчас богатства? всё на телеге одной можно увезти.

Проводником у пятёрки Емели был как раз староста деревни Лука тёзка его — тоже Емеля. Примерно половину дороги, до дозоров проехали на лошадях, чтобы быстрее добраться, а потом пешком по лесу ещё пять вёрст до селища. Три раза в брод переходили речушки, раз по кочкам перескакивали через трясину и вышли в результате не с севера к поселению, а с юго-запада. Оттуда точно их ждать не должны.

Оказалось, что и вообще не ждут. Ордынцы, большой отряд, расположились в самой Луке, благо уезжая пахари сено с соломой оставили, и неприхотливые степные лошадки с радостью на это набросились.

— Ребяты, я сейчас вон того поздоровше конька раню, чтобы он тревогу поднял. А вы как ордынцы прибегут не мешкайте.

Ничего бы хорошего из этого партизанского рейда не вышло, да Андрей Юрьевич и не послал бы, но тут высшие силы встали на сторону Добра, и небо за день полностью очистилось от облаков. Луна, пусть и не максимального размера, а так, три четверти, да Млечный путь с другими звёздами, метров с двадцати точно не промахнуться.