Глава 20

Событие пятьдесят третье

Метида — это древнегреческая богиня хитрости и мудрости. Метида была вдохновительницей искусства мореплавания, охоты и рыболовства, изготовления оружия и разработки военных стратегий, а также искусства политических переговоров и обольщения.

Нойон Баба-огулу — улусбек улуса Бурундая не выдержал на третий день. Он распорядился утром следующего дня начать движение к Житомелю. Объявляя о временной стоянке, он хотел дать роздых лошадям и людям на пять дней, и вот на третий не выдержал. Каждый час к нему поступали донесения о нападение на его тумен или тумен улуса Мауци, что расположился по соседству, за небольшой рощицей деревьев, на которых сейчас начали только набухать почки. Нападения были очень незначительными силами. Здесь напали пять пеших лучников, там обстреляли лошадей десяток этих лучников. Один из таких мелких комариных укусов был особенно неприятен, даже вывел из себя Баба-огулу, десяток урусов обстреляли сыновей знатных беков и мурз, которые пошли с ним в поход. Юноши ехали напоить лошадей к небольшому чистому озеру на опушке леса и из этого леса по ним начали стрелять с очень большого расстояния. И молодые горячие батыры взяли свои луки и бросились в атаку, стреляя в ответ прямо с лошадей. Как потом доложил следопыт, их стрелы не нашли врагов, не было ни убитых, ни следов крови урусов, а вот два десятка молодых воинов погибли все до единого, а потом и тринадцать, бросившихся защищать своих господ, слуг-оруженосцев (ев-огланов).

После чего на виду у сотен воинов ордынцев урусы вышли из леса и забрали у убитых оружие. Когда же сотня Агидея прискакала к озеру, то урусы переправились уже через реку, что из него вытекала и скрылись в лесу. Агидей спешил воинов и погнался за гяурами, тоже попытавшись перебраться на другой берег реки, но из леса вновь полетели стрелы и, потеряв убитыми почти два десятка воинов, сотник дал приказ отступить. Конечно, ему сломали хребет. Как и его первому десятку. Нельзя было прекращать погоню. Только разве это вернёт теперь спокойствие нойону? Что он скажет родителям смелых юношей? Что они погибли не в бою, а от рук мерзких грабителей, и что за них даже отомстить не смогли. Позор и на его голову, и на голову родителей.

Хуже всего было то, что всегда оружие у урусов было одним и тем же. Это были луки. Так и ладно, но дело в том, что эти луки стреляли дальше, чем у его воинов. Эти луки стреляли точнее. Никто не мог похвастать, что видел, как его стрела поразила уруса. Нет убитых, даже раненых нет. Отправленные во все стороны отряды никого не находили, как не находили и следов крови. А вот его люди погибали от стрел. Мир перевернулся. Оружие монголов теперь повернулось против них.

Со стороны ордынцев же убитых и раненых можно сотнями считать. Но больше всего злило Баба-огулу, что те самые высланные на уничтожение этих гяуров отряды сами попадали в засады на лесных дорогах и полностью истреблялись. А ведь высылали по три, а то и по пять десятков самых опытных воинов.

Довольно, решил улусбек, нужно идти к Житомеля и разбить стоящее там войско князя Владимирского. Ясно что это именно посланные им неверные истребляют своими комариными укусами эго тумен.

А ещё они уничтожают лошадей. В самый первый день, когда эти нападения начались, ранили его любимого жеребца Хулэгбаатар (конь-богатырь) большого и сильного трёхлетка саврасой масти. И вместе с ним пал почти весь его личный табун, который отвели к реке его нукеры ухэрчины. Со слезами на глазах самому нойону пришлось зарезать страдающего жеребца, стрела попала в глаз животному, и конь жалобно смотрел оставшимся глазом на хозяина и из одного глаза капали слёзы, а из другого кровь.

Отличить лучника от любого другого воя легко по мозолям на пальцах правой руки. И Баба-огулу поклялся над трупом своего любимого жеребца, что проверит руки всех пленных урусов после победы и казнит всех с мозолями на правой руке. Они, эти неверные, дорого заплатят за слёзы его Хулэгбаатара.

Кроме потери воинов и лошадей эти шайтаны убивали и дух его воинов. Мелкие стычки, в которых ордынцы всегда терпели поражение, уже заставили войско роптать, и слова, что ему передавали осведомители, можно свести к короткой фразе: «Неужели мы будем сидеть здесь и ждать пока нас всех вырежут?!». Так что дольше откладывать выход было нельзя. Да, дисциплина в войске на самом высоком уровне, но и лук можно сгибать до какой-то определённой точки, а потом он переломится.

Единственное, что вызывало сомнение у нойона, когда он дал приказ на выступление утром, было то, что ни один отряд, посланный на разведку до Житомеля не вернулся. Они все бесследно пропадали. Как не было вестей и от двух кушунов (200 всадников) во главе с мурзами Калнтаем и Чиричем, посланными далеко вперёд с дружинниками князя Олега Переяславского.

Пропадали?! Понятно, что все они попали в засаду к этим непонятным сказочным лучникам, которые могут метать стрелы очень далеко, и которые бессмертны, стрелы врагов их не берут. А именно об этом начинают шептаться его бесстрашные воины у костра по вечерам, рассказывая, как на тот или другой род вчера напали, весь перебили и исчезли.

Ничего. Урусы придумали эту игру с комариными укусами, но что они смогут противопоставить движущемуся к ним тумену?! А что могут придумать против двух туменов. По словам захваченных урусов из ближайших поселений, до Житомеля остался один, от силы два перехода. А дальше они покажут проклятым гяурам, что им не удалось сломить дух степняка.

Событие пятьдесят четвёртое

Геката (др.-греч. ?????) — анатолийская и фракийская богиня Луны, преисподней, всего таинственного, магии и колдовства. Внучка титанов.

Санька послал к Житомелю пятерых диверсантов сообщить, что оба тумена двинулись в их направлении и стал собирать свои пятёрки и десятки в один кулак. Отличную идею подсказал вчера вечером у костра Олег Александрович — единственный у них в сотне боярич. Правда, он пятый сын, и род Засыповых не сильно состоятельный и знатный, так, что особых богатств у Олега не было. Пришёл он в десяток диверсантов сам из дружины, потягаться с лучшими, да так и прижился. Теперь сам десятник.