Я и не полез, и не начал.

Просто пошел на «контракт», на три года.

Разумеется, мог пойти и по старой дорожке, но Судьбе в этот раз, захотелось поднять меня в воздух не туманом, а на лопастях старого, доброго «Крокодила».

Так три превратилось в восемь, а там и «Пятиминутная война» грянула, после которой контракт мне закрыли и МО, от щедрот своих, сменило мои данные, ввергая в новую жизнь.

Немного было жаль «старого меня», но уже и возраст подкатывал, так что…

С легкой совестью я открыл чистую страницу нового дневника и сделал свеженькую запись.

Год отработал в аэропорту, на МЧС-овском вертолете, а потом подвернулся холерный случай и я стал богат.

Случаю подворачивались все чаще и чаще, местные кровососы хорохорились, но лезть не лезли, хотя, пару раз, обострения и были, но тогда я числился в команде «новых ноосферату» и особо к нам не цеплялись – мы тогда были молоды и отморожены на всю голову, так что решали проблемы «чисто конкретно», зрелищно и эффектно.

Так что приглашение местечкового старейшины городской вампирской общины я принял со спокойной душой и, в принципе, разочарован не был – дедок в маразм не впал, десятины не требовал, но порядок объяснил.

Кое о чем, конечно, мы поспорили, но все в пределах разумного, вечного, доброго!

Так и жили, в мире и согласии, до моего теперешнего отъезда…

…- Рад видеть тебя в добром здравии. – Мой пафосный посетитель дождался моего приглашения усаживаться и перешел к делу. – Семь дней назад, кто-то перешел все границы, Кор. К тебе претензий нет, ты – точно с таким не связывался, даже когда был насквозь отмороженным, но сейчас ты – единственный, кто сможет помочь.

– Рэл… - Я вздохнул, осторожно подбирая слова. – Я не веду дел на ВАШЕЙ территории. Она мне не нравится. Мне не нравятся ваши люди, ваши правила и ваше мировоззрение. И вас нет ничего, чтобы могло меня убедить взяться за это.

– Старейшины уже сказали свое слово. – Рэл Инграм развел руками, давая понять, что он уже обо всем позаботился.

– Они не уточняли, что в мое слово – последнее? – Я удивленно приподнял бровь. – Они, конечно, могут отозвать «молодняк», могут…

– Они сказали о твоем последнем слове. – Мужчина веско качнул головой. – Но у меня и вправду есть, что предложить тебе взамен, за твою работу.

– И? – Я приготовился к долгому и азартному торгу, тем более что дело, о котором мы сейчас так кидаемся невнятными эпитетами, на самом деле было интересным, но…

Очень уж далеко и глубоко в либеральном мире оно заварилось…

– Например, мы снимем тебя с «розыска» - Инграм довольно улыбнулся, забывая, что мне их розыск был сразу пофиг.

Пришлось разводить руками и напоминать, что мне это не интересно.

– Награда в 100.000 тебя тоже не интересует? – Рэл знал ответ, но за спрос ведь не бьют?

– Они облагаются налогом, так что я получу, максимально, как «иностранец», тысяч пятьдесят-шестьдесят. – Я скривился, представляя себе сколько мороки с этими западными деньгами может приключиться. – Увы, я на одних билетах потрачу больше.

– Контракт?

Я аж рассмеялся в ответ, вспоминая, как уже девять компаний судятся с либерастами, заключив контракт, но так, до сих пор, и не получив ничего по нему.

– Нуаль?

А вот тут я перестал смеяться и крепко задумался.

Заполучить нуаля – душу близнец, твое отражение в животном мире, это было бы конечно офигенно круто, но вот в чем беда… Твой нуаль может оказаться бабочкой, а может – ленивцем.

Никто не может предсказать, кто же является твоим спутником в мире духов и чей облик ему придется по вкусу.

– Лестно… - Я вздохнул. – Но, увы, вынужден отказаться.

– Тогда миллион? Сразу, наличными? – Рэл откинулся на спинку офисного кресла для посетителей и замер.

– Заря… Сделай-ка нам кофейку! – Попросил я и демонстративно почесал затылок. – А на фига он мне, наличными? Раздать бедным?

Рэл аж заскрипел зубами, а у меня мелькнула мыслишка, что меня хотят не по детски подставить, вон какие вкусняшки предлагают, даже Рэла подогнали, знают, что я ему доверяю.

– Кор!

– Макс! – Я напомнил существу мое новое имя, намекая, что прошлое, это, конечно, прекрасно, но жить надо уже сейчас. – Макс. Или Максим Федорович. Кореев, Максим Федорович.

– Апеллировать к прошлому, как я понимаю, дело гиблое? – Рэл расстегнул свой щегольский пиджак и вновь взглянул мне в глаза.

– Совершенно наглухо. – Я вздохнул. – За первое прошлое я рассчитался с лихвой, а второе прошлое… Это не наши разборки.

– Семейство Рудых будет радо информации об убийце их Старейшины. Как и Матти, Гольвин, Штатсбладтов и Майеров.