Шрифт:
– Майерам, кстати, можешь передать отдельный пламенный привет. – Я расхохотался, вспоминая, как они долго носились в МУС-е с признанием меня военным преступником. – И остальным можешь рассказать, что видел, разговаривал, угрожал…
– Я еще не угрожал… - Рэл скосил глаза на дверь, из-за которой уже явственно несло свежесваренным кофе. – Так, прощупываю почву.
– Рэл… - Я вышел из-за стола, прошел к двери и, открыв ее, забрал из руки Зари поднос с кофейником и чашками. – Мне не интересны дела вашего разваливающегося и трещащего по всем швам, союза. Убийство Хельфица, похищение Рагоры, перепродажа Наргиты и все эти ваши шебурши мне не интересны. У вас там семь сотен семейств на квадратный километр одного замка, вы уж между собой разберитесь, а?
– Шеф… Тут к вам посетитель… - Судя по голосу Зари, посетитель должен был быть совсем выдающимся.
Как минимум – Ожившим Элвисом!
– Это Тук. – Вздохнул Рэл. – Вот и поговорили наедине…
– Заря, впусти… Товарища… - Туку я был рад, он товарищ, конечно прямой, как копье, зато надежный. – И еще кружку чая, черного, с двумя ложками сахара.
Вошедший в комнату Тук был похож на Рэла, как брат.
В прочем, они и были братья.
Ага, выше двух метров, весом под сто пятьдесят килограмм и зелеными, как трава, глазами.
– Чего приперся-то? – Вместо «здравствуй», сразу перешел к делу Тук. – Тут тамошних не жалуют, знаешь ведь?
Рэл поморщился от ядовито-нарочитого простонародного говорка, которым Тук пользуется специально, чтобы выбесить старшего брата.
– Семь дней назад, в Пиренеях, кто-то взломал гробницу Сумрака. – Рэл забрал чашку с кофе с подноса и сделал маленький глоток. – Тлядь, горячее…
Я едва удержался от того, чтобы не рассмеяться.
– Ну и ищите среди своих фашиков. – Пожал плечами Тук, с удовольствием потягивая горячий и сладкий чаек. – Они же у вас там чего только не строили! Да и после, когда вы с заокеанским партнером задружились, куда только не пихали своих дуболомов?
– Тук… - Рэл сжал кулак и погрозил своему несносному братцу, напоминая, что он не только старше, но и гораздо сильнее.
И не только физически, кстати!
– Ладно-ладно… Ну, взломали… А чего взяли-то? Там же вроде и брать нечего?
– Не «взяли». Устроили там жертвоприношение. Принесли в жертву всех представителей старых семейств, с самой молодой кровью.
– Ну и дурни. – Восхитился Тук. – Ритуал Гершона, да?
Я смотрел на братьев и искренне хотел встать и выйти вон – они явно что-то важное говорили, но все эти Пиренеи, Гершоны и прочие ритуалы для меня масло масляное…
– И вы, защитники правды и свобод потрахаться с собаками, просрали ритуал?! – Восхитился Тук. – Совсем-совсем просрали?
– Сам знаешь, что ритуал Гершона нихрена не рабочий! – Вспылил Рэл. – А раз не рабочий, то «выброса» не было! Просто «сотрясение».
– Ага, а так как кровь «молодых» изрядно выхолощена и разбавлена, то и сотрясение, соответственно, было минимальным! – Тук понятливо кивнул головой и отставил чашку на пол, под кресло. – И теперь все говносемейства ищут, на кого свалить свой конфуз?
– Да. Нет! Со всей «молодежи» сняли клановые обереги, а это, сам понимаешь…
– Фигня это, «клановые обереги»! – Тук и вовсе расхохотался. – Нас ими сколько, лет семьсот пугали, а на деле что оказалось, а, братишка?
– Не забывай, мы к прямой линии наследования отношения не имеем. – Огрызнулся Рэл. – А там – все прямой линии, второй-третьей очереди!
– Ох ты как… И Касьму в жертву принесли?! – Выпучил глаза Тук. – И Франешку?!
– И даже Ильмагуда!
– Ну, этого даже мне жаль… - Вырвалось у меня. – Редкая тварь был, а не эльф.
– Вот! Устами младенца глаголет истина! – Отсалютовал мне прихваченной с пола кружкой, Тук. – Ну и вырезали младшую ветку, с чего такая паника-то?!
– «Рубашка монаха», «волос Анги», «Шактималагана», «Миерхава», «Онимбарска» и еще четыре реликвии пропали с тел. – Рэл поставил пустую чашку на пол, совсем как его брат. – Сейчас все, наперегонки, ищут их. Вообще все, включая нашего дражайшего папочку и не менее дражайшую мамочку!
– Упс… - Тук посмотрел на меня с сожалением. – Придется, друг наш ситный, тебе впрягаться!
– Ни за что! – Я скрестил руки перед грудью. – Сами просрали, сами пусть и ищут!
– Они-то найдут… - Вздохнул Рэл. – Да только…
– Только папа с мамой их сожрут! – Расхохотался Тук, предвкушая события.
– Ага. А меня не сожрут?! – Удивился я и, со вздохом признал – Не сожрут ведь…
…В драку я с полицией я ввязался специально – нехрен на наших баллоны катить! И пусть «наши» это трое парней из Казахстана, но вопль «наших бьют» - это срабатывает во всех городах европы, объединяя нас в организм, стремящийся выжить любой ценой.