Роберт ни во что меня не ставит. Всячески показывает мою никчемность и профессиональную бесполезность. Это ранит куда больнее, чем остроты его дочери. А мне надоело его терпеть. Не получается дипломатией, в ход пойдут руки... и ноги. Хотя я утрирую, конечно.

— Хватит! — оборвал нашу перепалку герцог.

Выглядел он болезненно, побледнел. Взял трость и укутался в плед, накинутый ему на плечи. По лицу пробежала едва уловимая судорога от боли.

Он потер переносицу, прикрыл глаза.

— Роберт, сделай два шага вправо, отойди, бога ради, от Саммер. И никогда не притрагивайся ни к чему в ее кабинете.

— Что? — опешил старый маг.

— Да вы только его и защищаете, — сорвалось с моих губ, но я хлопнула по ним ладонью. Совершенно не ожидала, что Его Светлость поддержит мою сторону. — Извините, — добавила более тихо и пристыженно.

— Я неясно выразился? — сдвинул брови аристократ, игнорируя мой возглас. — Что из сказанного тебе непонятно?

— Да все, — скривился господин Уоррен. — С каких пор ты «сдружился» с этой... некроманткой? Не доверяй ей. Она загонит тебя в могилу.

Кем? Некроманткой? Он назвал меня некроманткой? То есть имел в виду, что я убью его пациента, а после воскрешу?

— Роберт, — не дал мне ответить новой колкостью Александр, — леди Мэтисон у меня в гостях. И что бы она ни делала, что бы ни творила, все совершается с моего позволения. Буду честен, во многом я с ней согласен.

Ох, зря он так сказал, потому что мой коллега не удержался, разъярился и чуть ли не до потолка подпрыгнул от гнева.

— Согласен? Александр, я тебя не узнаю. Она кашеварит на манер злой ведьмы, пользуется какими-то домыслами и способами древних бабок, а ты во всем полагаешься на нее. Ты, что же, отчаялся? Поверь, мы найдем выход из твоего положения.

Я переводила взгляд с одного мужчины на другого. Мысли лихорадочно взметались в моей голове, как стая голубей, но ни к чему не приходили. Мне надо было ждать и лучше всего помалкивать.

— Роберт, — протяжно вздохнул хозяин поместья и сделал шаг к нему, — я не отчаялся. Отчаялся я несколько лет назад, когда осознал, что твои снадобья мне не помогают. Я смирился, а Саммер мне доподлинно показала, в чем состоит проблема. И сейчас из ее ладоней я приму даже яд.

Замерли все, включая меня.

Мы не разговаривали после моих научных изысканий, почти не виделись. Я отчего-то предположила, что Его Светлость мне не поверил, и ошиблась. Он не просто поверил, он будто бы надеялся, что я ему помогу. И, о боги, помочь я действительно могла. Да это знание меня окрылило, вдохновило.

Все наши распри перестали иметь значение. Он мне доверился, а это многого стоило.

Я кашлянула.

— Господин Уоррен, — посмотрела на Роберта и смилостивилась, — я могу показать и вам. У вас ведь не было микроскопа.

— Не буду я ничего смотреть, — вспыхнул «коллега», наплевав на мои слова. — Раз тебе так дорога леди Мэтисон, — вернулся он к герцогу, — раз ее методы ты считаешь надежными, Алекс, пусть она тебя и лечит. Но моей ноги в этом доме больше не будет.

Произнеся свою отповедь, он топнул каблуком, прошел мимо нас, и через несколько мгновений я услышала сердитое топанье по коридору и лестнице.

Первым порывом было броситься за ним, объяснить, что не так страшен черт, как его малюют, что ему следует один раз взглянуть, но я стойко сдерживалась. Сдержался и Его Светлость, обратив свой пытливый взгляд на меня. Что-что, а мысли он читать умел.

— Не следуйте за ним. Господин Уоррен — гордый человек.

— Я знаю, — закатила я глаза, — и эта гордость мешает ему изучить что-то новое и неизведанное. Ничто не стоит на месте, даже медицина.

— Вот и забудьте. Вы ему ничего не докажете, — говорил господин Бриленд отстраненно. — Вы можете объяснить все мне, если хотите, конечно.

Наблюдая за движениями Александра, я не очень-то стремилась разговаривать. Огромное поместье, даже при наличии магии, полностью отапливать невозможно. Для меня разница в температуре несущественна — я накинула на плечи шаль, а для человека, чьи суставы буквально «пожирали» бактерии стрептококка, у которого заболевание пришло в хроническую стадию, эта разница была мучительной.

Здоровый, крепкий мужчина держался, не выказывал слабости, но я-то осознаю, что все напускное. Вижу через магическое зрение, как «горят» его стопы, как ноют колени, как каждое движение отзывается болью. Увы, но мои жалость и сочувствие Его Светлость не примет.

— Садитесь, — повернулась к кушетке.

— Зачем? — не понял моей команды герцог.

— Ну, вы же сказали, что примете из моих рук даже яд, — я пожала плечами. — Это будет не яд, но полезно.

Он присел, и я устроилась рядом. Размяла пальцы, сосредоточилась и коснулась колена Его Светлости. Он охнул, но не отстранился, что уже можно было посчитать успехом.