Уголки ее губ приподнялись.

— Спасибо за чертовски классный оргазм.

— Ты сама сделала всю работу, — заметил он.

Шер проигнорировала это замечание.

— Спасибо за то, что ты чертовски горяч в постели.

Он покачал головой на подушке и почувствовал, что его тело тоже начинает дрожать.

— Было бы отстойно, если бы ты был высоким, красивым, способным привести стены в порядок, но при этом был бы ужасным в постели, — заметила она.

Его дрожь переросла в громкий смех. И сквозь него он умудрился спросить:

— Умею приводить стены в порядок?

— Это, определенно, добавляет высоких балов в тесте на проверку мужчин.

Он продолжал смеяться, даже когда спросил:

— Серьезно?

— Абсолютно, — ответила Шер сквозь улыбку. — Хотя потрясающие оргазмы дают куда больше баллов. — Она крепче прижалась к его груди и бедрам. — Намного больше.

— Попрошу заметить, — начал он, — не я устроил сегодня шоу, дорогая. Ты сама все сделала. Я просто находился рядом. Но я действительно оторвался по полной программе.

Она все еще улыбалась, но он видел, как удовольствие от его комплимента засветилось в ее глазах, когда она ответила:

— Ты ошибаешься, если считаешь, что не принял никакого участия в моем оргазме. Я оседлала тебя и наблюдала, насколько тебе все нравится.

Его бедра автоматически подались слегка вперед, и он прорычал:

— Черт. Мне сорок два, и я с двадцати лет не трахал женщину через несколько минут после того, как она трахнула меня. И сейчас я снова становлюсь твердым, хотя еще даже не успел стать мягким.

Ее брови взлетели вверх.

— Ты жалуешься?

— Нет, черт, — ответил он. — Но я говорю тебе это, чтобы ты слезла с моего члена. Мне нужно сходить в туалет и избавиться от этого гребаного презерватива, чтобы я мог снова трахнуть тебя.

Шер усмехнулась и не спеша сползла с него, не торопясь освободить его.

Черт возьми

Шер.

Впечатляюще.

Он прикоснулся своими губами к ее, скатился с кровати и направился в ванную.

Вернувшись в спальню, Гаррет увидел, что Шер укрылась простыней: ноги и бедра оставались на виду, как и большая часть груди. Рука поднята к груди, и простыня едва ее прикрывает. Она лежала на боку, изогнувшись и положив голову на другую руку, стоявшую на локте. Глаза ее были обращены на него.

Или на его член.

Учитывая его возраст и опыт, Гаррет понимал, что женщины одобряют то, чем наделил его Бог и генетика.

Да и Шер не пыталась скромничать или скрывать, что ей все это нравится.

Ему нравилась ее уверенность в себе. Она была собой. Знала свои желания и не выделывалась, сообщая о них.

А еще ему нравилось, как она лежит в его постели, накрывшись его простыней.

Он запечатлел в памяти эту картину, вместо того чтобы стоять и наслаждаться ею, потому что знал, что ему еще больше понравится, если он присоединится к ней.

Лишив свой член ее внимания, он скользнул в постель и притянул Шер к себе. И спросил, ловя ее взгляд:

— Что должно произойти, чтобы мы могли отказаться от презервативов?

Она выглядела смущенной, но с готовностью ответила:

— Э-э… ничего. Это может произойти прямо сейчас.

— Ты принимаешь противозачаточные?

Шер кивнула.

— Детка, — начал он. — У тебя был перерыв. А у меня нет. Ты уверена, что все хорошо?

— Ты был осторожен?

Гаррет кивнул в ответ.

— Значит, все может произойти прямо сейчас, — сказала она.

Шер доверяла ему. Полностью.

Черт… его девочка.

— Милая… — он прижал ее к себе. — Давай я пройду ежегодный медосмотр на пару месяцев раньше и добавлю к нему кое-какие тесты?

Она ничего не ответила.

— Шер…

Она перебила его шепотом, опуская глаза на его губы, а затем на его шею.

— Позаботься обо мне.

Гаррет не знал, было ли это предложением или требованием.

Он снова обхватил ее челюсть и слегка надавил, чтобы она подняла взгляд на него. И тогда он не почувствовал беспокойства. Никакого раздражения. Никакой напряженности.

Только благоговение перед тем, что он увидел в ее глазах.

Настолько сильное благоговение, что его тело стало твердым, словно он запер это ощущение в себе, чтобы никогда не потерять.

— Спасибо. — Она все еще шептала.

— За что, Шери? — прошептал он в ответ.

— За то, что сделал меня счастливой.

Черт.

Его кареглазая девочка.

Он снова запустил пальцы в ее волосы, ворча:

— Ты убиваешь меня, детка.

— Я остановлюсь, — мгновенно ответила она. — Если я убью тебя, ты не сможешь трахнуть меня снова.