– А девчонка хороша, - абсолютно спокойно, отдавая заслуженную дань внешним данным, уму и характеру девушки, констатировал император.

– А кто спорит? – повела бровью Мария. – Она даже подсказала Владимиру устраивающий всех способ избавления от малолетнего ухажёра, при котором и волки сыты, и овцы целы. Ей самой не нужны амуры с наследником престола. У девушки есть царь в голове и давно расставлены приоритеты.

– А жаль, - кинув корм уткам, выдохнул император, - в иных обстоятельствах они с Мишей были бы прекрасной парой, несмотря на то, что она старше. Чёртовы условности.

– Если бы, да кабы.

– Просто… Просто мне сказочно повезло с тобой, и пусть меня считают чёрствым сухарём, но своим детям я желаю только счастья. Найдут ли они своих половинок? Повезёт ли им также, как мне? У Мишки ещё ветер в голове гуляет. Попадётся ему какая-нибудь мегера с ангельской внешностью и будет из него кровь пить. Здоровый лось вымахал, а ему бы всё с вертолётиками играть.

– Будто ты вертолётиком не играешь.

– Я о другом.

– Поняла я, о чём ты, чай не опилками голова набита. А Анюта, за неё ты не боишься?

– Переживаю, конечно, только здесь другой случай, - в глазах императора зажглись хищные огоньки, - прозвучит грубо, но наша тихоня – это баба с яйцами.

– Действительно, - качнула головой Мария, - звучит грубо, но в точку.

– Удивительно, в кои-то веки ты не станешь спорить со мной?

– Не вижу смысла отрицать очевидное, только и Миша непрост. Ты в курсе, что он вытворял в лицее? Главное, никто его за руку поймать не мог, как бы не старались.

– Докладывали, - с затаённой гордостью произнёс император, тут же посмурнев. – С нового учебного года ничего этого не будет. До последнего дня я старался дать сыну детство и хотя бы пару лет беззаботной юности, но так не может продолжаться бесконечно долго. С завтрашнего дня у него абсолютно иное расписание и Миша об этом знает. Детство прошло, юность закончилась, не успев начаться.

– Как он это воспринял?

– Стоически. У нашего мальчика тоже царь в голове, а не опилки.

Высыпав остатки корма птицам, император продолжил будто невпопад:

– А с Ольгой я поговорю. Иди она смирит гордыню и возьмётся за ум, или вместе со своим дурным муженьком поедет куда-нибудь далеко с глаз долой.

Глава восемнадцатая

Груз на плечах…

– Дорогой?

Едва слышно прошелестев складками длинного, в пол, платья, в кабинет лебёдушкой вплыла Анастасия. Погасив монитор и отложив в сторону подшивку документов в обычном картонном скоросшивателе, Владимир, крутнув кресло к супруге, призывно распахнул объятия.

Жалобно скрипнув, кресло приняло на себя тяжесть ещё одного человека, умастившегося на коленях хозяина кабинета. Сомкнув веки, Владимир втянул носом аромат цветущего луга, которым пахли волосы супруги.

– Ты скоро, дорогой? – чуть откинувшись и запрокинув голову, Настя чмокнула мужа в нос.

– Скоро, - покосившись на рабочий стол, ответил Владимир.

– Не слышу уверенности в твоём голосе, - не поверила мужу Настя.

Не заморачиваться с ответом и надуманными оправданиями, он покрепче прижал к себе нежную половинку и спрятал лицо в теплых волосах супруги.

– Вова, что с тобой творится? Последние дни ты сам не свой, - уютное молчание разлетелось хрустальными осколками.

– Плечи тренирую, - иронично, даже несколько зло усмехнулся Огнёв в ответ.

– Плечи? – в глазах Насти блеснуло любопытство.

– Ага, нагружаю их тяжестью ответственности, - подхватив на руки супругу, Владимир пересел на диван, примостившийся в углу кабинета у книжного шкафа.

– И как, получается?

– Тяжела ты, ноша…, - Владимир с тоской глянул в окно, проводив взглядом тающие лучи солнца, укладывающегося в облачную перину ночи. Как жаль, что он ещё не скоро последует за светилом.

– Своя ноша не тяжела, - насмешливо произнесла Настя.

– Тогда от чего так много раздавленных ею? – Владимир вернул яд обратно. – Иногда я боюсь, что не справлюсь, сам перед собой не оправдаюсь. Хотя последнее дело оправдываться перед самим собой. Порой мне кажется, что я разом воюю со всем миром.

– Дорогой, - едва слышно прошептала Настя, - знаешь, я буду не оригинальна, и повторю чужие слова, но у тебя есть кому тихо подавать патроны, даже если ты будешь воевать со всем миром. Ты не один, дорогой. Запомни это!

Владимир легонько коснулся губами цветочной макушки супруги, слова в данный момент были лишними. Вечернее небо за оконным стеклопакетом затянули сумерки, кабинет погрузился в приятный полумрак. Оба потеряли счёт времени, обнявшись и замерев на диване. Как долго они бы так сидели, не сказал бы никто из них, если бы не противное жужжание телефона в кармане платья Анастасии. Дребезжащий звук мобильника разрушил единение душ, напомнив влюблённым о мире снаружи их уютной скорлупы. Глянув на экран телефона в руках жены, Владимир поморщился. Реакция мужа не осталась без внимания Насти.