Шрифт:
– Ты почему мне сразу не позвонила?
– Блин, умный такой. Мобила к хрену в ноль разрядилась, где её было заряжать? Я её только-только от подлокотника в электричке зарядила и сразу тебя набрала, а ты ещё и трубку не берёшь!
– Ладно, извини, зря быканул. Так, мелкая, не паникуй, сейчас что-нибудь придумаем.
Отключив телефон и попрощавшись с Катюшей и Инессой Александровной (последняя начала греть уши, что было абсолютно нежелательно), Владимир побежал к Матвею Панкратовичу.
– Так-так, вы, дери вашу налево, башибузуки с сестрой, с вами только за зипуном ходить. Одним миром мазаны, от папки своего недалеко ушли. «Медвежатница»3, дери её козу. Куда она, говоришь, едет?
Владимир перезвонил Вике и уточнил маршрут электрички.
– Ты спроси, она Екатеринославку проехала? – ожил бывший городовой.
– Екатеринославка будет через двадцать минут, - сообщила Вика.
– Уже проще, - обернувшись за спину, казак попросил супругу принести ему телефон.
Через пару минут Матвей Панкратович сумел дозвониться до старого сослуживца, проживавшего в озвученной выше Екатеринославке.
– Мелкая, слушай внимательно, - получив инструкции, Владимир вновь набрал сестру. – Выходи в Екатеринославке, минут через двадцать на вокзал подъедет старый зелёный «Тобол», фотографию водителя я тебе сейчас скину. Переночуешь у него, а утром я тебя заберу, поняла?
– Поняла, - разревелась в трубку Вика.
– Так, мелкая, сопли подбери, - рыкнул Владимир. – Представь, за тобой человек приедет, а ты вся в зелёных соплях, как раз под его рыдван.
– Иди ты! – отбилась сестра, в свою очередь перейдя со всхлипываний на возмущённое рычание.
– Другое дело, - пробормотал Владимир, набирая номер Рихтера. После нескольких гудков адвокат ответил на вызов. – Привет, Виктор!
– И тебе не хворать.
– Запускай шарманку.
– Ого! Понял, сделаю в лучшем виде, а…
– Вика тиснула документы, завтра мы будем в Н-ске. Всё, отбой до завтра.
Переодевшись у себя и налив в термос крепкий кофе, Владимир собрался ехать на пункт проката автомобилей. Давно было пора купить себе что-нибудь простое и неприхотливое в эксплуатации, но никак руки не доходили. Куда ему мотаться? Последний аргумент перевешивал в споре хомяка и жабы, но, когда машина понадобилась, её под попой не оказалось. Мал золотник, да дорог, лучше пусть на стоянке рядом с домой стоит, чем в другой раз на пункт проката ехать, поэтому грызун и земноводное получили по нокауту, а Виктор принял окончательное решение обзаводиться четырёхколёсным другом.
– Куда собрался? – остановил Владимира на пороге Матвей Панкратович.
– За сестрой, - в недоумении вздёрнул брови Огнёв.
– Угу, ежу понятно, что за сестрой, чай мы не дурные, разумение имеем. Пошли, Катюша вкусного борща наварила, перекусим и поедем вдвоём на моей машине. Тебя одного оставлять нельзя, за вами, башибузуки, глаз да глаз нужен, иначе ты со своей «медвежатницей» ограбишь пару банков по дороге и кассу налётом прихватишь.
– Спасибо, Панкратович!
– Сочтёмся, ядрид твою. Что встал, пошли кушать.
1«Марвихер» - в Российской Империи высшим классом преступной иерархии были «марвихеры» - высшего класса воры-карманники. Это была элита преступного мира. «Марвихеры» всегда одевались изысканно и богато. Карманники экстра-класса выглядели интеллигентно и проводили свои операции среди состоятельного сословия, а также в банках, дворянских собраниях, на аукционах и так далее.
2«Иван» - в местах заключения авторитетами были «Иваны». «Иван», в современной аналогии что-то подобное на «вора в законе» (как и в случае с «марвихером» в книге я оставил преступные жаргоны и понятия РИ).
3«Медвежатник» - взломщик замков и сейфов на преступном жаргоне.
Глава 10. Всем, кому я должен
Внимание! НЕ БЕЧЕНО!
Глава десятая
Всем, кому я должен…
– …решение может быть обжаловано…
Судья продолжала ещё что-то говорить монотонным речитативом, но Владимир её уже не слышал и не слушал. Они выиграли! Победили! Прорвались через все препоны!
В отличие от старшего брата Вика не сдерживала чувств, на ниве слезоразлива заткнув за пояс царевну Несмеяну. Правда в этот раз серебристые капли звенели радостью и облегчением. Протянув левую руку в сторону, Владимир прижал сестру к себе.
– Всё, мы победили, мелкая. Всё хорошо, Викуля! – прошептал он, отеческим жестом пригладив волосы на голове Вики.
Физически ощущая плети незамутнённой ненависти, хлеставшие по нему со стороны отца и мачехи, Владимир демонстративно не обращал на них внимание, всеми силами абстрагируясь от мыслей, что недоброй памяти папаша ни за что не оставит их в покое и непременно ввяжется в новую судебную тяжбу в суде высшей инстанции. Пусть, нехай с ним, всё равно у него не выгорит. Виктор Рихтер высказывался в однозначном ключе, что стоит им выйти победителями в суде первичной инстанции, оспорить его решение он никому не даст, тем более мать Вики знатно подставилась с договором на обучение дочери в «закрытой» школе и, что самое неприятное для неё, подставила мужа и руководство школы. Владимир не пожалел денег на почерковедческую и дактилоскопические экспертизы. На жёстких целлулоидных файлах под бумаги осталось много «пальчиков» и не все они принадлежали Вике и мачехе. «Пальчики» директора школы там тоже нашлись. Эксперты криминалистической лаборатории выдали заключение, исключающее двоякое толкование по всем вопросам.