– Екатерина Сергеевна, - Владимир галантно поцеловал ручку выплывшей из гостиной хозяйки. – Унтер-офицер Огнёв представляется по случаю…

Налетевший на Владимира бывший урядник, только сейчас разглядевший награды, сжал парня до жалобного хруста в рёбрах.

– Дышать! – мученически прошептал Владимир, закатывая глаза под прорывающуюся на губах улыбку.

– Орёл! – громогласно возвестил Матвей Панкратович на весь дом, хлопая Владимира по плечам. – Катенька, ты только посмотри на него! Сокол! Нет – орёл! Какой чай, Катюша, какой чай… Катенька, где у нас…

Не договорив, казак ускакал в сторону кухни, вновь передав эстафету супруге, которая не преминула повиснуть на шее парня, заливая его грудь слезами счастья.

Естественно, ни в какое кафе или ресторан они не пошли, до самого позднего вечера засев за разговорами в уютной гостиной. Михаил Панкратович дважды нырял в холодильник за новой бутылкой и трижды растапливал пузатую семейную реликвию. Чаепитие перетекло в ужин и обратно в чаепитие, перемежаемое потреблением «горькой». Владимир распотрошил чемодан на заранее приготовленные подарки и сувениры.

Любознательных супругов интересовало буквально всё с первого дня службы. Владимир сыпал байками и шутками, описывал быт и смешные истории, подробно остановился на госпитале, но за что получил ордена пояснять отказался, отговорившись военной тайной и различными подписками на десять лет вперёд. Удобно, всё равно никто не проверит.

– Так ты, Володя, теперь самим Государем-императором рукопожатый, - схохмил в беседе казак.

– Ага, рукопожатый, - не остался в долгу Владимир, - чуть генералами не сожратый. Жалует царь, да не жалует псарь, Матвей Панкратович. Видал я эту Москву в гробу в белых тапках.

– Что вы такое говорите, Володя?! – всплеснула руками Екатерина Сергеевна.

– Серпентарий видели, Екатерина Сергеевна? Там такой же, только змеи в человечьем обличии, но шипят так же. Не отличить, если их рядом поставить. Есть ещё ряженые попугаи и фазаны, правда о них в другой раз. Сама Москва и Кремль, конечно, красивые, чувствуется в них настоящий дух, но упаси боже соваться во властную клоаку. Я просто мимо проходил, мне хватило. На «губу» закатали без суда и следствия.

– Не можешь ты без шконки, Владимир, - поддел Матвей Панкратович. – Нужно изживать дурные привычки.

– Дорогой! – Екатерина Сергеевна шутливо стукнула мужа по руке. – Не слушайте его, Володя, лучше расскажите, какие у вас планы.

– Хочу восстановиться в университете. Определюсь до лета, на старый факультет или на другой перевестись. Или, - ненадолго задумался Владимир, - вообще в другой университет поступить. К июню точнее скажу, тем более у меня к вам деликатная просьба есть.

– Неужто жениться надумал? – осклабился казак.

– Что вы, - рассмеялся Владимир, - когда-нибудь, непременно. Только не забываем, что женитьбы невеста нужна, а где она, суженая-ряженая? Нет её и пока не предвидится. Дело проще и сложнее одновременно. Я хотел бы с флигелем пару смежных комнат арендовать или квартиру. Сестру хочу к себе забрать.

– Сестру? – удивилась Екатерина Сергеевна. – Володя, вы ничего не хотите нам рассказать?

Вздохнув, Владимир принялся рассказывать о Вике, грубыми мазками описав общую картину.

– Этой беде мы в состоянии помочь, - улыбнулась хозяйка. – Если за дело берётся Витя Рихтер, считай успех у вас в кармане. Чрезвычайно деятельный молодой человек. Чрезвычайно! А по жилью нет ничего проще. У нас как раз к июню смежная с флигелем квартира освобождается. А вы, Володя, не планируете вновь массажный салон открыть?

– Массаж, иглоукалывание, фитотерапия, - покивал Владимир.

– Иглоукалывание? – удивлённо переглянулись супруги, синхронно переведя взгляды на Огнёва.

– Забыл сказать, что за околицей заставы жил настоящий мастер чженьцю, грех было упускать такую возможность. До мастера я не доучился, сами понимаете, там не один год нужен, но сертификат подмастерья и право заниматься чженьцю получил. Екатерина Сергеевна, я понимаю, что у вас есть несколько или больше знакомых, нуждающихся в помощи и про Настю Рубцову я не забыл. Помогу, если это будет в моих силах. Дайте мне неделю баклуши побить и с Викой разобраться, а там и салоном займусь. Настю только пригласите на завтра или послезавтра, гляну, не стало ли у неё хуже по женской части. Лучше на послезавтра. Завтра я с Виктором встречаюсь.

*****

– Ну, за тебя, - выдохнув, Виктор залихватски опрокинул в себя «отпотевшую» стопку, проглотив водку в один глоток. Владимир отсалютовал адвокату стаканом с охлаждённым гранатовым соком. – Ух, хорошо пошла.

Закусив маринованными грибочками, Рихтер, он же русский немец с юридическим образованием и бессменный адвокат Владимира, воззрился на своего клиента немигающим взглядом. За время, которое они не виделись, немец отъелся, перестав греметь костями и напоминать худосочного глиста. Вместе с приобретёнными осанистостью, лоском и вальяжностью Виктор стал выглядеть намного представительней, к тому же на кости наросло массы на два размера, что не могло не сказаться на общем впечатлении успеха и финансовых достижениях.