Когда приступ головокружения прошел и взгляд снова сфокусировался, мальчика в коридоре уже не оказалось, а мир снова наполнился звуками. Влад потер лоб, напрочь забыв о звонке, который собирался совершить, и побрел на кухню. Ему срочно требовалась чашка эспрессо, чтобы привести мысли в порядок.

Что это за мальчик и как он связан с происходящим? А именно – со смертью Алекса Найта? Какая-то связь должна быть, ведь видения Влада, как раньше рисунки, всегда содержали подсказки, помогающие расследовать преступления.

Но в чем именно эта связь? Неторопливо осушив маленькую чашку горячего кофе и запив его водой, Влад смог придумать только одно: в первый раз он увидел мальчика в зеркале, а тело повешенного блогера отражалось сразу в четырех зеркалах. И Савин говорил о зеркалах в своих снах. Но что это значит? И как может помочь?

Пока не находя ответов на свои вопросы, Влад набрал номер Юли, чтобы узнать, где она. Однако в трубке лишь прозвучало несколько гудков, после чего звонок сбросился. Влад нахмурился. Оставила где-то смартфон? Маловероятно, но не невозможно. Однако на фоне отсутствия ответа от Кристины вызвало некоторую тревогу.

Влад торопливо направился в главный холл, на ходу снова набирая номер сестры. Результат оказался примерно тем же, только теперь звонок ему пришлось сбросить самому, поскольку он успел дойти до стойки администратора.

Навстречу ему поднялась взволнованная Настя.

– Доброе утро, – вежливо поздоровался Влад, невзирая на нарастающую тревогу. – Вы Юлю видели? Знаете, где она? Я что-то не могу ей дозвониться…

– Я тоже, – Настя развела руками. – И я в растерянности, Владислав Сергеевич. Диана предупредила меня, что случилось ЧП и полиция требует закрыть гостиницу. Сказала, что Юлия Андреевна даст все распоряжения, когда проснется. Но она ничего так и не сказала. Появилась около часа назад, поздоровалась, подтвердила, что нужно закрываться, а потом вдруг извинилась, сказала, что сейчас вернется, вышла на улицу, но так и не вернулась… Я не знаю, что делать, что говорить людям?

– На улицу? – переспросил Влад, оглядываясь на дверь. – А что ей вдруг понадобилось на улице?

Настя пожала плечами и неуверенно произнесла:

– Мне показалось, что она кого-то увидела через окно, но я не уверена. Я сама никого не видела. Так что мне?..

Влад не знал, закончила Настя вопрос или нет, поскольку не дослушал: торопливо выскочил за дверь, спустился с крыльца и прошел до самой пристани, ища жену взглядом. Однако вокруг было пусто. Даже полицейские машины, бывшие здесь ночью, уже уехали.

– Юля! – крикнул он в отчаянной надежде, что она все-таки нашла того, за кем выбежала на улицу, и потеряла счет времени в разговоре. – Юля!

Однако жена не отозвалась, и ее нигде не было видно.

7 июля, среда

г. Шелково

Работу на подземном этаже они закончили только в девятом часу утра. Тело убитого блогера увезли, обнаружившиеся настоящие комнаты были досконально изучены. Около восьми приехал следователь – как назло, снова Войтович, – покрутился на месте минут двадцать, обо всем расспросил, раздал ценные указания, после чего укатил, сообщив, что протокол составит у себя в кабинете, потому что так удобнее. Не забыл упомянуть, конечно, и о том, что будет с нетерпением ждать отчетов об осмотре места преступления и о вскрытии тела, а также их устных докладов о проведенных оперативных мероприятиях.

Проводив следователя, Карпатский поговорил с девушкой Настей, пришедшей на смену Диане, расспросил ее о ключах и заодно убедился, что сама Диана уже уехала. После чего тоже отправился в Шелково. На озере остался только Соболев, чтобы проследить за выселением гостей, опечатать здание и заодно присмотреть за Савиным: было интересно узнать его реакцию на необходимость покинуть гостиницу. Карпатский же собирался поговорить с двумя другими администраторами, поскольку Настя довольно натурально продемонстрировала полное непонимание, откуда могла взяться связка необычных ключей. Она заверила, что никогда ее не видела. Могла соврать, конечно, но его интуицию эти утверждения убедили. Настя также не смогла припомнить, чтобы при ней к ящикам стола приближался кто-то, кому там нечего было делать.

Направляясь в город, Карпатский с досадой задавался вопросом, как они могли так проколоться и не догадаться о подземном этаже раньше. Ведь когда он расследовал исчезновение двух девочек, уведенных неизвестным злоумышленником посреди ночи прямо из гостиничных номеров, где те ночевали вместе с родителями, что-то такое напрашивалось.

Изучая записи с камер наблюдения, он тогда нашел следы врезки, скрывшей появление похитительницы в коридоре перед комнатой, но осталось неизвестным, как она туда попала и куда потом делась. На записях из главного холла и смежного коридора следов манипуляций обнаружить не удалось, но через них никто не проходил ни до похищения, ни после. Вот только двери лифта на первом этаже попадали в слепую зону. Он тогда даже заметил это, но на других этажах в лифт тоже никто не входил и никто из него не выходил. А вторая похищенная девочка, вернувшись, прямо сказала, что с неизвестной тетей-феей, забравшей ее из номера посреди ночи, они катались на лифте. Стоило уже тогда догадаться, что есть еще один этаж!

Впрочем, сокрушаться по этому поводу теперь не имело смысла. Что действительно было важно, так это то, что пока они не смогли найти никакого другого выхода из подземелья, кроме лифта. А ведь он должен быть… Иначе непонятно, как покинувшая гостиницу похитительница смогла незаметно войти обратно. Она тогда сказала, что ей подсказали другой путь, очевидно, он вел через подземный этаж. Да и девочек после похищения должны были как-то вывести оттуда, ведь обеих в итоге нашли вне здания…

Обнаруженные Дианой комнаты добавляли в и без того длинный список вопросов еще несколько пунктов. Всего комнат оказалось шесть. Первая и последняя выглядели не особо интересно: были похожи на стандартный гостиничный номер, хотя и отличались от реальных номеров наверху. А вот четыре помещения между ними оказались весьма необычны.