Лежащий под подушкой телефон все время отвлекает входящими сообщениями, и если сначала у меня получалось игнорировать их, то теперь, когда концентрация внимания из-за окольцевавшей черепную коробку головной боли стремится к нулю, это делать практически невозможно.

Поэтому, вынув его из-под подушки, бегло просматриваю уведомления и выключаю звук. Там сообщения и Арины, Кати, девочки с нашего потока, и целых десять в чате, который у меня пока рука не поднимается удалить.

Отбрасываю мобильник в сторону и снова принимаюсь за зубрежку. Повторяю даты и сложные термины, потому что, говорят, именно этим любят пичкать тесты преподы.

Думаю о том, как завтра пройдет экзамен и какие вопросы мне попадутся. О том, какие красивые туфли я получила, и какая прическа у меня будет на свадьбе. При этом сознательно зачехляю и прячу в самый дальний угол все остальное. Не время сейчас раскисать. И тратить внутренние ресурсы на переживания, не имеющие отношения к учебе или свадьбе — глупо и безответственно.

Это то, что нашептывают разум и уязвленная моими предательствами совесть. С чувствами все иначе.

Мне плохо, тоскливо и стыдно. Стыдно, потому что поездка с Лехой и Алей дала мне унизительную оплеуху. Мое лицо вспыхивает всякий раз, когда я вспоминаю о ней.

Плохо и тоскливо, потому что бесстыже ревную.

— Черт!.. — цежу со злостью на саму себя за то, что все же позволила свернуть мыслям не туда.

В этот момент дверь тихо приоткрывается и в проеме появляется мамино лицо.

— Варь, иди поешь.

— Я не хочу.

— Не сходи ты с ума с этими экзаменами, — ворчит она, заходя в комнату, — Как помешанная с ними!

— Последний остался, мам…

Даже философию я сдала на уверенную пятерку. Завтра финальный аккорд.

— Пойдем, я тебе щи налью, — проговаривает она ласково, касаясь рукой моих волос.

— М… я же не люблю капусту, — хнычу, растирая глаза, — Ты же знаешь. Давай, я себе бутерброд с сыром сделаю.

— Нет, щи! Вот выйдешь замуж, будешь фуагра каждый день есть. А сейчас щи!

Тяжело вздохнув, закрываю тетрадь, хлопаю крышкой ноутбука и слезаю с кровати. И правда, чувствую себя разбитой и опустошенной.

Мама права, нужно поесть, иначе свадебное платье будет висеть на мне мешком. Юля убьет.

Вместе идем на кухню, я падаю на стул, а мама достает глубокую тарелку из шкафа и наполняет ее супом.

— Ешь, давай. Я пока бутерброд с сыром сделаю.

Опустив ложку в суп, помешиваю прозрачный бульон.

Пока мама суетится, я пытаюсь есть. В желудке и груди вакуум. Кажется, что там ни миллиметра свободного пространства для пищи и воздуха.

— Я вообще не помню, когда в последний раз видела, чтобы ты ела. У тебя ничего не болит?

Отрицательно мотаю головой, а когда она занимает место напротив меня, тихо спрашиваю:

— Мам, как ты думаешь, что будет, если свадьбу отменить?

— Что?..

Ее брови взлетают вверх, а лицо становится растерянным. Мне тут же становится стыдно.

— Я просто спросила.

— Зачем?.. Ты об этом думаешь?

Отправив ложку супа в рот, едва не обжигаюсь и морщусь от разлившейся по языку кислоты.

— Не думаю… Просто интересно, какие могут быть последствия.

— Ты с ума сошла?! Какие могут быть последствия?.. Это будет катастрофа! — восклицает глухо, — Да и с чего у тебя вообще такие вопросы? До свадьбы всего ничего!.. Скоро жених твой приезжает!

— Успокойся, мам… Я не собираюсь ничего отменять. Просто спросила.

— Варька… — она поднимается и начинает кружить по нашей крохотной кухне, — Не наделай глупостей! Не будь дурой!..

— Не собираюсь я ничего делать…

— Ты же говорила, что к свадьбе все готово! Откуда такие мысли?!

Я ем щи. Ложку за ложкой, больше не чувствуя вкуса квашеной капусты. По спине и пояснице гуляет мороз. Мне самой страшно от того, что я ляпнула.

— Виза готова, в университете все решено. Осталось отгулять свадьбу и собрать чемоданы в Лондон!

— А как ты?.. Тебе не жалко, что я уеду?

— Не на Чукотку же! — всплескивает руками, — В Лондон! Какая мать будет убиваться, что ее дочь живет в Лондоне с дипломатом?!

Я выдыхаюсь. Хватаю бутерброд с тарелки и яростно его жую.

Мои претензии даже мне кажутся нелепыми и необоснованными. Я сама не один год мечтала о свадьбе со Станисом. Упорно шла к этой цели, а на финише вдруг потерялась.

Так нельзя. Я не имею права поступать подобным образом с Беломестными, Бжезинскими и собственной мечтой. Это предательство.