Вдруг понял, что даже точно не помню, где живу. Куда ехать? Как выглядит дом? Но водитель вёл автомобиль уверенно. Значит, знал, где я живу. Возможно, Вероника даже бывала в гостях. Адрес она даже не спрашивала.

— А сестра в курсе, что ты вернулся? — спросила девушка.

— Не-а, — ответил я, вспоминая, что совершенно забыл, что у меня есть сестра.

— Наверное, рада будет, до потолка будет прыгать, что вернулся! Она тебя сильно любит!

Мы ещё поболтали о том о сём, и примерно через полчаса машина мягко затормозила у подъезда, который я всё-таки смутно вспомнил. Панелька, третий подъезд.

Я вспомнил, что мы с сестрой живём здесь. Родители, если не в командировке за рубежом, то живут в Красногорске.

— Лёш… — произнесла Ника и потянулась к полке, позади подголовников.

Не глядя, она достала оттуда авоську. В ней было чистое вафельное полотенце, а в полотенце свёрток.

— Тут… Пирог в общем. И пирожки. Я испекла, хотела тебя порадовать!

— Ну раз уж с пирогами, то может поднимешься? Чаю попьём, — предложил я.

Она закусила губу и стеснительно улыбнулась, но в глазах блеснуло озорство.

— Вероника Геннадьевна… — сказал водитель, прокашлявшись.

— Я быстро. Только чай попью, — ответила Ника и протянула водителю пирожок.

Тот не сразу, но взял его.

— Ну, если только чай. А пирожок я съем. Спасибо, — ответил водитель и сурово посмотрел на меня.

— Исключительно на чай, — подмигнул я.

Мы вышли из машины. Я на секунду замер, глядя на подъезд, припоминая куда дальше.

Третий этаж… вторая дверь слева. Вроде бы… пробормотал я. Стоило вспомнить и другое — где я оставил ключи от квартиры. А ведь оставил же где-то, явно с собой в командировку не брал. Но посмотрим: либо сестра дома и она откроет, либо ключи будут лежать под ковриком. В Союзе никто не боялся ограбления. Лучше всяких сигнализаций работали соседи, да и квартирное воровство ещё не было так распространено.

Мы зашли в подъезд. Вероника шла рядом, не спеша.

По пути я заглянул в почтовый ящик. Ключ мог быть и там, но не нашёл внутри ничего, кроме забытых и уже пожелтевших газет. Сестру это явно не интересовало.

Дверь узнал сразу — новая табличка с номером и отсутствие пары заклёпок. Я не стал смотреть ключи под ковриком и сразу постучал.

Послышался топот с той стороны.

— Слышишь, как торопится. Точно ждала, — улыбалась Ника.

Через секунду дверь распахнулась. Я решил, что ошибся этажом.

На пороге стояла девица лет двадцати с хвостиком, растрёпанные светлые волосы, сигарета в зубах, налившиеся губы, полурасфокусированный взгляд. На ней из одежды только банный халат. Он был чуть приоткрыт так, что видно — на девчонке отсутствует нижнее бельё. Но завидев, что я не один, она спешно запахнула «сокровищницу».

Я от неожиданности на миг замер, а девушка прищурилась и тотчас меня узнала.

— О, Лёха вернулся! — она затянулась сигаретой и зацепила ногой стеклянную бутылку из-под лимонада тархун.

Не отвечая, я вошёл в квартиру, подняв бутылку. Ловко вытащил сигарету из её рта. Она даже не сопротивлялась, просто приоткрыла губы.

— В квартире не курят, — сказал я, потушив сигарету и закинув её в горлышко бутылки.

— Люська, брат Дашки с войны вернулся! — девчонка в халате повернулась и сообщила о моём возвращении какой-то Люське.

Видимо, они с сестрой были здесь не одни, а целой компанией.

— Сестра дома? — спросил я, глядя поверх её плеча.

— Дома, — протянула она. — Дрыхнет ещё!

Яна, точно! Мне вспомнилось имя этой стройняшки в халате. Подруги у сестры всегда были такие… как бы так сказать… модницы, то есть. В духах, шёлке и с пулей в голове.

Яна прикусила губу и оценивающе посмотрела на Нику за моей спиной, но ничего не сказала. Соперницу почувствовала, если так открыто демонстрировала свои прелести, значит, она ко мне неравнодушна.

Когда Ника вошла в квартиру, то чуть не упала в коридоре. Её нога зацепилась за бутылку из-под шампанского.

— Осторожно, — сказал я, придержав Веронику.

В зале присесть негде было. На диване были свалены фирменные шмотки — джинсы, цветастые кофты, на стуле висел бюстгальтер с чашками размера «крейсерская броня».

Яна взяла его и приложила к себе. Посмотрелась в зеркало.

— Всё же у Люськи сиськи шикарные, — игриво хихикнула она.

В этот момент в комнату вошла обладательница вышеуказанного бюста. На ней был только кружевной пеньюар, оттопыренный стоячими сосками.

— Так, дамы… — начал я, потирая переносицу.

— Может, мы не вовремя? — с иронией спросила Вероника, прижимая к груди авоську с пирогом.