– Какая… возмутительная пошлость, - пробормотал стоящий рядом со мной Ржевский, в этот самый момент с неприкрытым интересом пожирая глазами грудастую танцовщицу у шеста, на которой остались одни крошечные стринги.
– Полина, сейчас же уходим из этого вертепа! Сейчас же! Ржевские никогда не продавали своё тело за презренный металл!

– Деньги-то нужны, - протянула я, всем своим видом давая понять, что ещё не дошла до нужной кондиции, но уже задумалась.
– Только я не уверена, что хоть у кого-то есть столько, сколько мне нужно.

Расхохотавшись, словно я сказала что-то поистине смешное, Николай обнял меня крепче и повел, куда-то налево. Миновал зал наискосок, затем короткий коридорчик и завел в другую комнату. Людей тут оказалось меньше. Мужчины, вальяжно расположившиеся на трех диванах, стоящих полукругом, были ещё одеты, а вот девицы изображали то ли султанских наложниц, то ли неких египетских танцовщиц… В общем, одеты они было сплошь в сияющие лифы и прозрачные длинные юбки с широкими поясами.

Музыка соответствовала антуражу, сама комната буквально утопала в сладком дыму, причем я быстро вычленила в нем довольно высокий процент содержания опиатов, и постаралась глубоко не дышать, чтобы не одуреть даже случайно.

– Ты задержался, - недовольно сообщил Николаю один из смуглых мужчин, сидящих на центральном диване.

– Прости, Ибрагим, - вроде как даже искренне покаялся мой спутник.
– Отъезжал по делам, сам знаешь. Зато смотри какую жемчужину по пути прихватил. А?

На мне тут же скрестились десятки оценивающих взглядов и, даже несмотря на всю мою уверенность, стало откровенно не по себе. Тем более не отходящий от меня призрак начал напряженно и немного сбивчиво информировать меня о том, кто все эти люди.

Оказывается, очень даже известные… мафиози!

Клан Абашидзе, весьма горячие парни грузинских кровей, подмявшие под себя треть игорного бизнеса Твери и коньячный заводик.

Кстати, этим носатым и волосатым мужикам, благодаря графу, мы с Ульяной теперь тоже должны кругленькую сумму.

Едрён-батон! Вот это я влипла!

– И как же звать тебя, красавица, - с легким акцентом обратился ко мне знойный мачо лет тридцати пяти, которого поручик назвал местным палачом, Серги Абашидзе. Именно этот жестокий горец отвечал за устранение неугодных клану людей.

– Лина, - улыбнулась ему очень-очень скромненько.
– А вас?

– А нас обычно никто не зовет, - улыбнулся он широко-широко, отчего улыбка стала больше походить на звериный оскал, и похлопал себя по колену.
– Присаживайся, Лина.

Прекрасно видя, что выбора у меня нет и проявлять характер сейчас вообще не вариант, я скользнула немного неуверенным взглядом по всем присутствующим, отмечая, что они, как шакалы, только и ждут отмашки, но всё равно рискнула:

– Но я пришла с Николаем…

– Мы заметили, - произнёс Серги, но заухмылялись все.

– А ещё он пообещал мне много денег, - сдала я своего спутника.

– Неужели?
– грузин выразительно приподнял бровь и устремил свой взор на блондина, который ощутимо напрягся.
– Что ж… - выдержав паузу, отчего сердце Николая стало стучать чаще, он снова ухмыльнулся и посмотрел на меня.
– Раз обещал, значит, даст. Клан Абашидзе держит своё слово. Но ты присаживайся, красавица.

Он снова похлопал себя по колену и в этот момент в его взгляде проскользнуло нечто, что дало мне понять - это последнее предложение. И если рискну его не принять…

Лучше мне не проверять, что тогда со мной сделают!

Чертово моё любопытство! И в кого я такая глупая?

Снова улыбнувшись, причем максимально стеснительно, я сделала первый шаг, второй… Уже почти подошла к мужчине, который смотрел на меня взглядом хозяина мира…

И именно в этот момент с громким звоном разбилось окно за его спиной, в комнату влетела граната и застрекотали автоматы.

Ёпт!

Стоя лицом к окну, я увидела это одной из первых и, действуя на древнейших инстинктах, тут же рухнула на пол, ловко забиваясь своим стройным телом под низкий деревянный столик, уставленный изысками вперемешку с кальяном и бутылками, а потом в комнате разверзся самый настоящий ад.

Заорали мужчины, причем далеко не на русском, завизжали женщины, захрипели те, кого зацепило пулями. Прогрохотал взрыв, а затем и другой, оглушая и серьезно дезориентируя, но я не спешила куда-то бежать, да и просто заявлять о себе.

Пулей меня не задело, но осколками посекло, хотя и не серьезно, так что кровь из большинства опасных ран я уже остановила, а сейчас, извернувшись в букву “зю”, аккуратно выковыривала из бедра стеклянный осколок (кажется, это был коньяк), чтобы не оставлять его в теле и позволить регенерации заработать в полную силу. Проверено, лучше вынуть сразу, чем потом, когда рана зарастет!