Приятно когда ты не разочаровываешься в людях, а я последнее время чаще именно обманывался в своих ожиданиях. Чего мне стоят все успехи и достижения знает только Соня. Ни одного человека я больше не подпускал к себе так близко, чтобы изливать то, что было на душе.

Мне надо быть сильным и уверенным в себе, чтобы все окружающие видели всегда перед собой победителя. Одних это поддерживает и вдохновляет, других заставляет опускать глаза и отступать.

В редкую стежку я конечно еще исповедуюсь, но это, как говорится другое.

— Петр Андреевич, вам для принятия дел присутствие господина Петрова обязательно? — я вопросительно посмотрел на своего нового директора. — Мне бы хотелось, что бы он сопроводил меня до Иркутска. Думаю за несколько дней вы отлично разберетесь в положении дел. Если будет необходимость Иван Алексеевич приедет к вам. А Ян Карлович пока всегда рядом. С ним мы, я думаю, быстро решим все вопросы в Иркутске.

В различных инженерных вопросах Ян конечно уступал братьям Петровым и партию первой скрипке в оркестре исполняли они. Но был один важнейший вопрос где у братьев не было даже совещательного голоса.

Все хотят кушать и русский мужик, особенно после тяжелого труда, тут не исключение.

То, что вся Сибирь живет на привозных хлебах все знали, особенно Севера и Камчатка, но полнейшая зависимость от поступлений с запада Прибайкалья и Забайкалья оказалось полной неожиданностью.

После короткого совещания после прибытия в эти интересные места братья Петровы и Ян решили, что мой бывший новоселовский управляющий будет в первую очередь заниматься этим важнейшим вопросом — организацией сельского хозяйства в наших пределах, а всё остальное постольку-поскольку.

В этом деле Яну Карловичу все карты были в руки и он показал себя во всей красе, с места в карьер развернув бурную и самое главное плодотворную деятельность.

На Забайкалье Ян Карлович сразу же поставил жирный крест, тут с одного взгляда понятно что в этих краях быстрого результата не получишь.

А вот на левом берегу Ангары выше Балаганска и вдоль Главного почтового тракта вполне можно попробовать и развернуться.

Свободной земли здесь пока еще более чем достаточно и Ян, не вступая ни в какие конфликты с уже существующими крестьянскими хозяйствами, занялся созданием крупных хозяйств, принадлежащих лично мне и компании. Если возникали какие-то проблемы с местными крестьянами, то он решал мирно и полюбовно. И всегда помогал если они обращались за помощью.

Результат уже был налицо. Местного зерна стало намного больше и тутже появились успехи в животноводстве. Вдобавок ко всему в губернии оказались местные энтузиасты и самородки, которым Ян Карлович стал помогать. Особенно в том, что в последующем назовут селекцией.

В Иркутске он начал строить завод сельскохозяйственных машин, для которого Анна Андреевна отрядила наших специалистов.

Ян решил максимально механизировать уборку урожая этого года и полностью работать с ним под крышей. И занимался последнее время перед моим приездом только этим заводом и массовым строительством крытых токов и элеваторов.

Перед отъездом в Сибирь Ян в Новоселово воплотил в жизнь свою интересную идею. Он построил большое хранилище для доработки и хранения зерна. По сути это был первый в мире элеватор.

Здесь он для начала решил построить три элеватора: в Иркутске, Кутулике, это тридцать километрах от Черемхово и в Нижнеудинске.

В Новоселово почти сразу же произошел пожар. Вреда он особого не принес, элеватор еще был полупустой. Репутацию конечно немного подмочил.

Но Ян Карлович сделал правильные выводы и там где только возможно дерево заменил листовым железом.

Здесь же сразу по максимуму использовалось железо, частично то, что уже начали выпускать на комбинате, но большую часть привезли с Урала.

Как и в Новоселово идею быстро оценили и отбоя от желающих сдать на хранение или даже продать часть урожая не было. Мощностей трех элеваторов уже явно не хватало и надо строить новые.

Особенно популярным был элеватор Нижнеудинска. Все, кто вез зерно с Западной Сибири, быстро оценили выгоды предложения Яна продавать зерно ему. Это позволяло например привезти не три хлебных обоза, а пять, что оказывалось выгоднее несмотря на разницу цен у Яна и например в Иркутске.

Картофель в Восточной Сибири не диковинка, но ученый горьким опытом Ян решил первым делом резко увеличить его производство в этих краях. И это сработает уже в этом году.

Уже можно смело говорить, что 1835-ый год в Сибири случился страшный недород зерновых. Особенно пострадала Енисейская губерния где то засуха, то град, погубили урожай и уже сейчас понятно, что во многих местах убирать будет нечего.

В Иркутской губернии не все так печально, но намного хуже чем в прошлые годы. Но голода не должно быть, урожай картофеля судя по всему будет отменным и даже можно будет что-то отправить в Енисейскую губернию