– Деревня сошла с ума от междоусобиц. Как ты сюда попала?

– По милости Карм, – ответила Йим.

Солдат фыркнул.

– Что ж, я отведу тебя к нашему генералу. Он проницателен и видит ложь насквозь. Ради тебя, лучше бы тебе не обманывать его.

Солдат достал меч и повел Йим по открытой местности, окруженной крутыми лесистыми холмами. По дороге Йим заметила несколько солдат, но никакого лагеря не было, пока сопровождающий не привел ее в щель между двумя холмами. Там она увидела несколько палаток, а также людей, которые, похоже, жили под открытым небом. Было темно, но, судя по всему, здесь уже шел бой, так как Йим заметила несколько раненых и прошла мимо одного мертвого.

Проводник привел Йим к скоплению больших палаток, которые, по мнению Йим, были штаб-квартирой Кронина. Она опасалась, что Кронин захочет поговорить с ней, прежде чем отвести к Хонусу. Мысль о том, что она может задержаться, была так близка к цели, что не давала ей покоя. Спокойно, говорила она себе. Скоро я буду с Хонусом. Но ожидание было мучительным, и Йим раскраснелась от почти нестерпимого волнения.

Ее эскорт остановился перед палаткой, окруженной стражниками.

– Эта девушка утверждает, что у нее есть послание для генерала, – сказал он. – Я проверил ее. Она безоружна.

– Я заберу ее отсюда, – сказал один из стражников. Он взял Йим за руку и повел ее в палатку. Внутри было что-то вроде тамбура, а дальний конец палатки отгораживала матерчатая перегородка. За ней слышались мужские голоса.

Не в силах больше сдерживаться, Йим позвала.

– Генерал Кронин! Это я, Йим!

Матерчатая перегородка раздвинулась, и из нее вышел Хонус.

– Кронин мертв, – сказал он спокойным голосом. – Теперь я генерал.

За последние дни Йим представляла себе воссоединение с Хонусом в бесчисленных вариантах, но ни один из них не был похож на тот момент. Хонус изо всех сил старался сохранить нейтральное выражение лица, но Йим видела, как на нем промелькнула целая гамма эмоций. Первым был шок, за ним последовала озабоченность, затем печаль. Все они были пронизаны любовью, но она так и не увидела и проблеска счастья.

Охранник по-прежнему сжимал руку Йим.

– Генерал, вы знаете эту женщину?

– Знаю.

Йим услышала в голосе Хонуса нотки нежности. Затем перегородка раздвинулась, и на нее уставилась дюжина мужчин. Некоторых она знала как офицеров Кронина, но большинство были незнакомцами. В присутствии этих людей лицо Хонуса напряглось, а когда он снова заговорил, его тон стал официальным.

– Почему ты здесь?

– На зал клана было совершено нападение. Кара была ранена, но уже оправилась.

– Ты пришла одна, чтобы рассказать мне об этом?

– Я пришла, потому что меня послала Карм, – ответила Йим, не забывая о своей аудитории. – Дело срочное и личное.

– Сегодня вечером мы отправляемся на битву. Это дело, которое нельзя откладывать. Я поговорю с тобой как можно скорее.

Хонус обратился к стражнику.

– Эта женщина – моя Носительница, так что окажите ей честь. Поселите ее в палатке генерала Кронина и позаботьтесь о ее комфорте.

Затем он отошел за перегородку и вернулся к своим офицерам.

Стражник почтительно поклонился.

– Прошу тебя, Кармаматус. Я позабочусь о твоих нуждах.

Когда ее уводили, Йим спросила:

– Генерал Кронин был моим другом. Ты знаешь, что с ним случилось?

– Он пал от руки предателя с отравленным клинком, – ответил стражник. – Это был вождь клана, чей разум был извращен черными жрецами. Он пришел предложить помощь, а вместо этого убил генерала и больше половины его подчиненных. Он убил бы их всех, если бы не Хонус.

– И почему Хонус теперь генерал?

– Его сделали таковым путем голосования. Ни один солдат не может сравниться с ним по опыту и мудрости.

Охранник открыл створку большой палатки, в которой стояли раскладная койка и стол. Вещи Кронина все еще находились там, и у Йим сложилось впечатление, что их не трогали. Глядя на них, она представила себе горе Кары, узнавшей о смерти брата. Этот образ усилил ее собственную скорбь по человеку, который относился к ней с добротой, когда она была всего лишь рабыней.

– Могу я предложить тебе что-нибудь, Кармаматус?

– Мою сумку, пожалуйста, – сказала Йим, – и немного воды для умывания.