— Зачем таким пахнущим цветочками чистюлям туда спускаться?

Она впервые улыбнулась и ее улыбка была хищной:

— Это же весело! Идти по следам Мародеров Заката… у них было свое соревнование — а у нас свое. Тут три рода и мы готов посоревноваться, а начнем с той точки, где ты нашел золотой шар Мародеров. Главное понять куда они двинулись… сделаем большой забег там внизу, откроем новые пустоты, может найдем что-то реально интересное… чем круче находка — тем больше баллов. А под конец определим победителя…

— А если твари?

— Убьем. Ну так что? Ты проведешь нас туда?

Впервые оглянувшись, я увидел стоящих за мной примерно рыл так тридцать и все в одеждах трех разных цветов. И все ждут моего ответа. И не сказать, что все слишком пьяные — выпивать выпивали, но меру знали. И теперь ясно почему прибыли так слаженно и аж на баржах — чтобы увезти не только свои задницы, но и то самое снаряжение.

Снова взглянув на девушку, я спросил самое главное:

— И сколько платите?…

Глава десятая.

Нет я ожидал всякого, но золотая молодежь правящих родов Церры превзошла все мои ожидания и пробудила самые темные мои инстинкты злого гоблина — придурки притащили с собой боевые экзы. По одному на каждый род.

Сначала я не поверил собственным ушам, когда у точки входа в воду услышал знакомые тяжелые шаги, но затем из палубных люков барж чуть ли не синхронно и явно играя на собравшуюся публику показались они: зеленый с белым крестом легкий Крашер, быстрый, увертливый и незаменимый в боях внутри тесных помещений; затем поднялся точно такой же модели экз, но уже синий с черным треугольником и наконец белый с красным ромбом Драчливый Клоун, модель потяжелее, занимающее место где-то между легким и средним классом. Что характерно — каждый экз вооружен закрепленным на правом манипуляторе тяжелым дробовиком, а на левом несет убранный пока тесак. Все размещено таким образом, чтобы оставить свободу действия стальным пальцам. За спинами объемные стальные ранцы, опутанные метрами тонкого стального троса. И глядя на эти ранцы так и хочется предположить, что экзам до усрачки постарались увеличить срок автономности как в энергетике, так и в запасе воздушной смеси. Короче говоря — эти машины в первую очередь создавались для долгой работы в затопленных и полузатопленных помещениях и вооружены они были для среднего и ближнего боя.

Три экза, красуясь, постояли у бортов барж, наконец сделали шаг и под дружный рев толпы ухнули в темную воду, мгновенно исчезнув из вида. Тросами они закреплены не были — я успел пояснить о точке входа и запутанности следующего отрезка маршрута.

Следом в воду один за другим разноцветным горохом посыпались остальные участники подводной забавы. У каждого маска, трубка, одинокий баллон за спиной, шланг с загубником и мощный фонарь на левом плече. Ну и вооружение вместе с полупустыми на вид рюкзаками. Мне из всего этого дали маску и фонарь. Я шагнул в воду следом за Шейной, сменившей платье на чуть менее облегающий белый костюм.

Уйдя в бурлящую воду на пару метров, я выпустил остатки воздуха из груди, погрузился еще настолько же, где завис, подрабатывая руками над поднятой донной мутью. Очертания нужной нам черной дыры едва виднелись в пронизанном лучами фонарей мареве, и я чуток напрягся, понимая, что это то же самое что включить подсветку над накрытым ужином. Поэтому я предпочел оказаться среди первых вошедших в дыру в стене упавшего здания, где, проскользнув между толкающимися, проскочил через пару сужающихся раз от раза отверстий и с плеском вынырнул, оказавшись в заваленном коридоре, лежащим дверными проемами вверх и вниз. Выбравшись, шагнул к стене, некогда бывшей полом, достал фонарь и осмотрелся. Пусто. Тихо колышутся склизкие плети белесой растительности. Плещется вода в дверных проемах, медленно расползаются уходящий от луча фонаря багровые полупрозрачные черви с локоть длиной. Дом, милый дом…

Дальше мы двинулись только через четверть часа, и я впервые слегка напрягся — под тяжестью всей толпы и экзов завалившаяся постройка начала неравномерно вибрировать и потрескивать. Во всех дырах и проемах мелко завибрировало и водное зеркало, а вся живность начала сваливаться как крысы с тонущего корабля. Прикинув свои шансы на выживание, если вся эта зависшая над бездной конструкция рухнет, я ускорил ход, не обращая внимания на крики сзади и финишировал первым у точки очередного нырка. Тут вибрации уже не было — часть здания лежала на массивных обломках, представляющих собой фундамент Церры. Но и находились мы уже куда глубже. И понимал это не только я — все недавно лившиеся рекой шуточки и веселые матерки внезапно оборвались и на дне накрененного колодца-здания повисло молчание, нарушаемое шепотками и гудением сервоприводов. Искоса глянув на стоящего рядом Крашера, я прикинул за сколько сумею выковырять из этого железного моллюска его мягкое визгливое содержимое и отвернулся, чтобы встретиться глазами с подошедшей Шейной.

— Дальше вниз и…

Я указал рукой и добавил:

— Там сифон. Длинный, волнообразный, идет на понижение. Длина метров семь и там есть где зацепиться и встрять. А тем железным истуканам придется поискать другой проход. Дальше они тоже не пройдут — там надо ползти через узкую щель.

— Ты знаешь слово «сифон»?

— Еще я знаю слово «жопа». Тебе какое больше нравится?

Смерив меня задумчивым взглядом и задержавшись им где-то в районе моего небритого кадыка, она предложила шикарный план:

— Ты идешь первым — я за тобой. Встрянешь — дам глотнуть воздуха из баллона… если дотянусь загубником через твою жопу.

Усмехнувшись, я сделал несколько частых вдохов-выдохов, присел и без всплеска ушел в воду головой вперед. Маршрут был знакомым, опасности тоже и я прошел без осложнений, вынырнув в очередном воздушном мешке, откуда начиналась образованная искореженными бетонными плитами щель, заливаемая струями морской воды, стекающей вниз. Дальше дно щели и под крутым углом она идет вверх, но часть пути придется опять проделать в воде. Все это я объяснил от почти не отставшей от меня Шейне и опять двинулся первым, честно отрабатывая предложенные деньги. Аванс мне заплатили и я оставил за ним приглядывать старого азиата. Деньги за проданный на аукционе золотой ком заберу у самого Птолха — и я уверен, что он искренне желает, чтобы я так и не вернулся из этой вылазки.