И если бы не переливался перед ним — словно теплый воздух по весне — защитный полог.

Волчий король, гоня опасения, что въяве увидит то же самое, что видит сейчас, собрался — и сдернул магическую хмарь.

На полу действительно лежала Мэренн, напряженная, распластанная, а перед ней на коленях сидел Антэйн. Но как же плохо выглядела волчица! Каждый вдох давался ей с трудом, заставляя вздыматься грудную клетку. С каждым выдохом она бессильно опадала на мягкие шкуры. Глаза ее были закачены, лицо мертвенно бледно.

Молодой волк поднял взгляд на Майлгуира, ощерился, сверкнул желтизной глаз.

— Что ты с ней сделал?! — вырвалось у обоих одновременно.

Антэйн обнажил меч и ринулся на Майлгуира. Майлгуир опустил руку на пояс, не сразу вспомнив, что пришлые оставляют все свое оружие при входе в Укрывище. Еще одна гарантия безопасности и защиты последнего прибежища волков.

Король не стал уворачиваться и встретил клинок наручами. Лезвие скользнуло за опущенной рукой, Майлгуир шагнул к Мэренн, но волк подхватил выпавший клинок и бросился снова.

Майлгуир увернулся раз, другой, а затем без особых затей ударил в грудь. Может быть, подобным образом бить и не стоило, но он спешил к жене и не собирался никого жалеть. Антэйн отлетел в угол дома и затих, потеряв дыхание, а Майлгуир бросился к Мэренн.

Снаружи отчаянно застучались в двери, заглядывали в окна.

— Нет! — вскрикнул Майлгуир открывшему было рот Антэйну. — Ради Мэренн, никого не пускай!

Тот сверкнул глазами сердито, потер отбитую грудь и пополз на коленях к тяжело дышащей волчице. Прямо сейчас убить короля не хотел, уже хорошо. Или просто понимал, что не сможет.

Майлгуир послушал грудные хрипы, посмотрел закаченные глаза с лихорадочно блестевшими белками, провел ладонью по вспотевшему лбу, откинув черные пряди.

— Мой волк, нет, — прошептала Мэренн еле слышно. — Не дам… обидеть…

Лицо стало не таким бледным, и только. Мэренн во враждебном окружении просыпаться не собиралась.

— О, благие ветки, — выругался Майлгуир.

— Что?! — уставился на него Антэйн и выговорил с мольбой: — Чем помочь? Что сделать?

— Давно она так?

— Две ночи и два дня, как мы тут оказались. Что? — окрысился Антэйн. — Со мной ей будет лучше, потом она поняла бы…

— Ее съедают ее же кошмары. Кто помог? Говори же! Не то Мэренн умрет!

— Я не знаю! — взлохматил волосы Антэйн и глянул затравленно. — Меня встретили на выезде из Черного замка.

— Кто? Дом Волка, дом Камня? Степняки?

— Я не…

— Да не мямли же! — встряхнул его король.

— Я не думаю, что это были благие ши, — прошептал Антэйн. — Сказали… спросили, готов ли я отдать жизнь за любовь Мэренн.

— Что же у них за все одна плата… — поморщился Майлгуир. — Получил, что хотел? — как бы ни было больно услышать подробности, знать о них сейчас необходимо.

Антэйн потупился.

— Я вывел ее, мы оказались здесь, а она… она поняла, что это не вы, и вот… Я думал, это из-за вас она…

— Из-за меня — тоже, — тихо произнес Майлгуир, и Антэйн не стал его перебивать. — Оружие дай.

— Что? — также шепотом ответил молодой волк.

— Треск слышишь?

— Я… нет… кажется, да, — завертел головой Антэйн.

Зашелестело, словно одновременно осыпались все деревья Благого мира.

— К нам в гости грядут все ее кошмары.

Антэйн послушно протянул королю меч. Майлгуир провел рукой по клинку. Напоенный черной магией уничтожителя мира, клинок вернулся обратно к молодому волку.

— Второй нож, — протянул руку Майлгуир. — Для меня.

Отдаст клинок — можно доверять хоть немного. Да и Мэренн скорее успокоится рядом с тем волком, которого знает с рождения, хоть этот факт и не помешал бы королю убить негодника.

Антэйн отстегнул оружие и протянул Мидиру.

Можно было справиться и без клинков, но так быстрее и привычнее изводить нечисть. А что приближается именно она, сомнений оставалось все меньше. Только вот Антэйн был напрочь лишен магии.

— Да что с ней творится? Почему стало хуже?

— Она думает, что мне грозит смерть. Из-за твоего нападения в том числе. Она сильный маг, как вы это не определили?! И никто не занимался с ее даром. Теперь она может…

Шелест превратился в треск.