Слёзы на глазах Креоны мгновенно превратились в искорки инея.

— Таш далеко, — сухо сказала она, — Очень далеко.

— Они сами к нам придут, верь мне. Мы идём туда, куда им нельзя нас допустить.

Чародейка поднялась. Утёрла ледяные капли со щёк, потом глянула на свои руки.

— Мне бы опять оружие. Жезл у меня отобрали.

Мы двинулись дальше.

— А мне лютню, — поспешил добавить бард.

Я усмехнулся:

— Лютню? До первого обращения, чтоб ты раскурочил её об упырей?

Тот осклабился:

— Можно поискать железную. В Калёном Щите броссы, говорят, всякие штуки делают. Слышал я и о железных лютнях.

Мы двигались без остановок до вечера, благо солнце в этот день скрылось за тучами и было не так жарко.

К сожалению, ночевать пришлось в открытом поле и под дождём, но моей силы магистра и имеющихся талантов хватило, чтобы всю ночь поддерживать согревающий магический костёр.

К счастью, и этой ночью бард тоже не обращался, хотя далеко за полночь тучи развеялись и выглянула луна. Быть может, и вправду Морката теперь приглядывает за ним? Это было очень хорошей новостью, потому что впереди, насколько я помнил, должен был быть Камнелом, довольной крупный город.

Наши запасы провизии давно кончились, хотя Кутень был отличным охотником и жареное мясо у нас всегда было. А вот новой одеждой и бронёй нам обзавестись бы не помешало. Да и вообще, даже моё тело, насколько уж варварским оно не было, соскучилось по постели, застеленной чистой простынью.

Когда к полудню следующего дня мы достигли развилки, бард уверенно повернул налево, а вот Креона остановилась в нерешительности.

— Гусляр, ты уверен, что Камнелом в ту сторону?

— Ну-у-у… — тот развернулся, — Да зачем нам этот Камнелом, а? Если пойти по этой дороге, то мы придём к Калёному Щиту гораздо быстрее.

— И ночевать опять в поле? — чародейка возмутилась.

— А что? Природа, небо-то какое. Там и лес по пути будет… Слезы мне в печень, да это же благодать!

Мы с Креоной переглянулись. Чтобы бард да про природу заливал? Это который всё время жалуется, что только в городе жить может?!

— Я грязная! — возмущённо выпалила Креона и двинулась направо, явно не собираясь никуда не сворачивать, — У меня эта природа скоро в волосах заведётся!

Усмехнувшись, я двинулся следом за Креоной. Так-то аргумент про грязь мне нравился… Я вспомнил имение Феокрита под Моредаром, где мне удалось немного понежиться в роскоши. Иногда такое тоже необходимо, особенно когда ты спасаешь мир.

— Громада-а-а! — проныл Виол, плетясь следом, — Ну нельзя мне в Камнелом!

— Такое чувство, будто ты там денег должен.

Сам я пока старался не думать о деньгах, которых у нас не было. Грабежом заниматься мы не собирались, но где-то раздобыть или заработать их срочно надо было.

Виол всплеснул руками:

— Хуже! Там женщина!

— Хорошо же, разве нет?

— Это немного обиженная женщина, — проворчал шмыгнувший бард.

— Так ты теперь практически бессмертный, — улыбнулся я.

Виол только вздохнул, зато Лука дёрнул меня за палец.

— А почему обиженная женщина это хуже?

До Камнелома оставалось ещё прилично, и я решил разговорить барда. От рассказа о неудачной любви он всячески уклонялся, уводя тему, зато охотно поделился знаниями о Камнеломе.

Город не просто так назывался. Как у Солебрега вся жизнь вращалась вокруг соляных пещер, так у Камнелома она была прочно связана с камнем. Местный мрамор невообразимой красоты и прекрасных магических свойств славился не только по всей Троецарии, его закупали даже соседние страны.

Камнелом был расположен в предгорьях и окружён лесистыми холмами, хотя из города можно было уже наблюдать и снежные вершины Бросских гор, которые прикрывали местные земли от ледяного северного ветра. Поэтому здесь чуть-чуть, но ещё ощущалось дыхание тёплого юга.

— Ты ведь наверняка знаешь, громада, что сила наложенных на предмет чар зависит не только от ранга чародея, но и от самого предмета. Так вот, гранитные залежи возле Камнелома такие, что позволяют строить неприступные крепости даже там, где отродясь сильных магов-то и не было, — Виол поднял палец, — Ходят легенды, что в древности тут добывали такой гранит, который креп даже от слова простого крестьянина…

— Я так понял, Камнелом — это уже вотчина Могуты Раздорожского?

— Ну, фактически да. Но тут дело тонкое, ведь рядом твои Бросские горы.

— И?

— Громада, я говорил тебе, что броссы считают себя независимыми, хоть и симпатизируют Могуте? А от Камнелома до первого бросского городка, Калёного Щита, уже и рукой подать.

Я кивнул, мысленно отметив, что это тоже надо бы учесть. Чувствую, встреча с соплеменниками может закончиться для меня хорошей ссорой.

— Поэтому-то царь Раздорожья больших отрядов тут не держит, чтоб не раздражать горцев, — бард понизил голос, — Но по секрету скажу, всё же в городе воинов больше, чем кажется. Могута ведь не дурак.