— Знаешь что, Миш? Это не конец. Ты ещё многому научишься, главное — не сдаваться. Ты молодец, что пытался. Это уже победа.

— Я хочу боксом заниматься… — прошептал он.

Слова Мишки повисли в воздухе. Сказаны они были искренне, по-настоящему, то ли…

— Я ходил в другие секции, но меня не берут… — прошептал он и сделал паузу, будто не знал, стоит ли дальше говорить. — Говорят, что я слишком толстый.

Я крепче сжал его плечо.

— Послушай… Неважно, как ты выглядишь. Главное — это твоё желание.

Я указал на плакат, который висел на стене с изображением Мухаммеда Али и его цитатой.

— Посмотри, — сказал я. — Читай, что на нём написано.

Мальчик поднял взгляд и начал читать:

— «Невозможное — это всего лишь слово, за которым прячутся маленькие люди…»

Я видел, как его лицо начало меняться. Слова, казалось, проникали в его сердце.

— Миш, невозможное — возможно, — я заглянул ему в глаза. — Ты принят.

Мальчишка, по сути совсем ещё мелкий пацан, аж рот открыл.

— Спасибо, тренер, я не подведу!

— Я в тебя верю, — я, наконец, поднялся.

К тому моменту уже очертился контур фаворитов. А ещё через несколько минут остались те, кто показал характер. В общей сложности два десятка человек, для которых «Боевые перчатки» теперь готовы были открыть свои двери.

— Стоп! — скомандовал я. — Достаточно!

— Так, пацаны, вы все молодцы, но зал не резиновый, к сожалению. И я пока один тренер, — начал я объяснять парням, которые выложились на полную. — Кто не прошёл, не думайте, что это конец. Когда откроем больше секций, вы будете первыми на очереди.

Было видно, что пацаны расстроились и приуныли. Но, судя по их глазам, где всё ещё сохранялся огонёк, они не теряли надежды. Это хорошо — не опускать руки, когда не получается, для спортсмена одно из важнейших качеств.

— А те, кто остаются, — продолжил я. — Будьте готовы к пахоте. Нам предстоит серьёзная работа. Тренировки будут тяжёлыми, но я не знаю иного способа, чтобы стать настоящими бойцами.

— Можно сказать, тренер? — поднял руку паренёк.

— Валяй.

— Артур Бетербиев сказал, что талант — это только один процент от успеха! — заявил он.

Я, честно говоря, не знал, кто такой Артур Бетербиев, но вещи он говорил правильные. Да, многое талантливым ребятам даётся проще и легче, но если талант не будет оставлять всего себя в зале, то ни черта у него не выйдет. Я лично был свидетелем того, когда талантливые, даже не так — чертовски талантливые боксёры проигрывали трудягам.

— Итак, пацаны… — я подошёл к ближайшему парню, который стоял немного в стороне и был из группы тех, кто уже занимался боксом до попадания в «Боевые перчатки».

— Ты, парень, явно готов работать. Ты остаёшься. Как зовут?

— Лёня.

— Добро пожаловать, — я пожал ему руку, указал на ещё одного. — Ты тоже в команде. Как зовут?

И так постепенно я принял решение по каждому. Парни, на которых я указывал, делали шаг вперёд, представлялись, и мы обменивались рукопожатиями.

Когда я закончил, передо мной стоял двадцать один человек, которые прошли испытание и были готовы работать.

— Вот, собственно, и всё. Все, кто остаются, — подвёл итог я. — Ещё раз поздравляю!

Парни, которым сегодня не выпал шанс остаться в зале, поблагодарили меня и начали расходиться. С теми, кто остался, я обсудил некоторые нюансы — когда приходить, что приносить и тому подобное.

По итогу открытие зала прошло на «ура», и когда последние пацаны ушли, у меня как груз с плеч свалился. Теперь у меня был собственный зал, и моя мечта, которую я холил и лелеял всю жизнь, начала постепенно воплощаться в реальность.

Впрочем, мне не дали долго пребывать в грёзах. Мобильник настойчиво завибрировал в кармане. Взгляд мелькнул на экран — звонила Ира. Как минимум неожиданно, «просто так» она звонила мне впервые, хотя при нашей последней встрече намекала, что не прочь выпить по чашечке кофе. Может, потому и звонит?

— Внимательно, — я принял вызов.

— Са-аш… — всхлипнула секретарша из динамика.

— Что случилось? — насторожился я, сразу понимая, что Ира точно звонит не для того, чтобы пригласить меня на кофе.

— Не по телефону, надо встретиться! — её голос дрожал, и я понял, что она на грани нервного срыва.

— Хорошо, встретимся, — заверил я, пытаясь успокоить девчонку. — А хотя бы с чем это связано?

Ира сделала глубокий вдох, и я услышал, как она с трудом выговаривает слова: