– Мне нужен какой-нибудь клей, который клеит все подряд быстро и навсегда. Очень хороший. Прямо сейчас. Если дома нет – поди купи. Только поскорее!

– Есть у нас, сейчас принесу, – сообщила горничная.

Как назывался доставленный в ее комнату клей, Марина забыла, зато хорошо запомнила, как она вся им перемазалась, пока переделывала лампу. Но это было такой ерундой! Главное – результат. А результат Марине понравился.

На белый абажур легли коралловые фестоны, и к каждому из них внизу крепился блестящий бронзовый браслет. Браслеты свисали с абажура и нежно позвякивали. Длинная нога лампы скрылась под спиралью жемчужных нитей, а основание Марина густо оклеила алым бисером. Поверх бисера она прилепила несколько черных агатов.

Настроение у нее тогда было хорошим дня три, не меньше.

И вот теперь ее творение внимательно рассматривала Ольга.

– Знаешь что? – сказала она, еще раз коснувшись звенящих браслетов. – Мне кажется, ты смогла бы… как это поточнее выразить… В общем, работать руками. Стать бутафором, например. Делать вещи для сцены.

– Бутафором? – осторожно переспросила Марина. Она не знала, что означает это слово.

– Ты ведь до сих пор так и не нашла работу? – продолжила Ольга. – Конечно, в театрах платят маловато, зато там настоящая творческая жизнь! Или можно попробовать пристроить тебя в театральные мастерские. Там готовят реквизит для разных театров и для частных фирм, организующих всякие праздники. Как тебе мысль?

Марина смутилась, но постаралась скрыть это от Ольги. Работу она давным-давно перестала искать, поскольку Дикулов снабжал ее пусть небольшими, на ее взгляд, но все-таки деньгами. Но с другой стороны, почему бы ей действительно не испытать свои силы… Хотя…

Театр? Вот уж о чем Марина никогда не задумывалась! Что это такое – работать в театральных мастерских? Да еще бутафором. Чем, собственно говоря, эти самые бутафоры занимаются? Что значит – «делать вещи для сцены»? Какие вещи?

– Я не знаю, – пробормотала она. – Просто не знаю.

– Театр – это потрясающе! – заверила ее Ольга. – Я ведь говорила тебе, что собираюсь скоро уйти из банка, помнишь? Ну так вот, я как раз и хочу, так сказать, пристроиться за сценой. Стану костюмером. Вот только отдам отцу долг за квартиру… ну, это уже скоро. Думаю, к осени, к началу сезона, справлюсь. Представляешь, мы с тобой сможем работать вместе!

– Это было бы здорово, – улыбнулась Марина. – Только я не представляю, что это такое… Совершенно не представляю!

– Давай мы вот как сделаем, – предложила Ольга. – Я приглашу на субботу одного человека из мастерских, он посмотрит твою лампу, поговорит с тобой, и тогда все определится. Согласна?

Марина с некоторым страхом подумала, что Ольга, пожалуй, попытается свести ее с очередным умником… но отказаться от приглашения ей и в голову не пришло.

Субботний сбор гостей Ольга назначила на семь вечера, но Марина пришла задолго до этого часа, чтобы помочь подруге приготовить бутерброды. Кроме бутербродов, у Ольги ничего никогда не подавалось. Вино, чай, кофе – и малюсенькие канапе, и все. Лампу Марина прихватила с собой, но до поры до времени поставила на подоконник в кухне.

Наготовив огромное количество бутербродов со всем на свете, от красной икры до кабачковой, девушки начали наводить порядок в комнате. Впрочем, на взгляд Марины, там и так все было безупречно. Однако Ольга то тут, то там отыскивала пылинку, соринку, поправляла цветы в вазах… Потом почему-то предложила Марине посмотреть фотографии. Альбом с ними всегда лежал на видном месте, на секретере, но Марине никогда не приходило в голову заглянуть в него. Ее не интересовало чужое прошлое, вообще чужая жизнь.

Но раз уж Ольга сама всучила ей альбом, Марина, устроившись в кресле, начала листать его. Ольга в детстве, Ольга в юности, Ольга в школьной форме, Ольга на пляже, Ольга в компании друзей… Марину немного удивило то, что тихая, сдержанная Оля держалась перед фотокамерой уж очень раскованно, позировала свободно и даже дерзко… Это была новая, неизвестная Марине сторона личности подруги.

А потом на одном из снимков среди толпы окружавших Ольгу молодых людей она вдруг увидела знакомое лицо. Это был Алексей, тот самый, который пытался ее обокрасть осенью.

– Оль, а это кто? – спросила Марина, показывая на Алексея. – Откуда ты его знаешь?

– Что, приходилось с ним встречаться? – удивилась Ольга.

– Да, как-то случайно, – кивнула Марина. Она не стала уточнять, какого рода была эта встреча. Ольга ведь тогда не успела увидеть недолгого любовника Марины, вот и хорошо.

– Это один жулик, – сообщила Ольга. – Он был женат на моей двоюродной сестре. У нее свое дело, очень прибыльное – садовая архитектура и дизайн, а он присосался к ней, как пиявка, и ничего делать не хотел, только деньги тратил. Еще и играть начал. Вот сестра его и выгнала.