Этим он окончательно добил племянника. Исследование себя было чрезвычайно модным занятием в среде творческой молодежи, об этом сообщил Дикулову психолог. Так что Сергей Пафнутьевич попал в точку, дважды намекнув, что музыкант сам себя не знает.

– Ладно, я подумаю. Позвони дня через два-три, – решил Валентин.

А Сергей Пафнутьевич, вернувшись домой, почему-то вспомнил, как в школьные годы однажды ходил с младшим братом на рыбалку. И как ему весело было наблюдать за тем, как умирает рыба, как белеют ее пустые стеклянные глаза… а младший брат внезапно расплакался и убежал домой. После того Петя никогда в жизни не ел рыбы. Дикулов смеялся над ним… тогда.

Но теперь он, кажется, начал понимать младшего брата.

Ольга больше не заговаривала о том, чтобы пристроить Марину в театральные мастерские, и Марина сделала из этого вполне естественный вывод: главный бутафор счел ее полной бездарью. Ну и ладно, не очень-то и хотелось. Или все-таки хотелось? Марина старалась об этом не думать.

Но почему-то она очень часто вспоминала бутафора. И как они познакомились, и как разговаривали, и как прощались… Чего уж там было вспоминать, непонятно. Мужик как мужик, средней внешности, среднего роста, солидного возраста – под сорок…

Ольга представила его Марине довольно торжественно:

– Вот, Мариночка, это и есть Михаил Игнатьевич, главный специалист бутафорского цеха. – И сразу отошла, предоставив их двоих друг другу.

– Лучше просто Миша, – поспешил сказать главный бутафор. – Меня никто по отчеству не величает.

А он действительно не Михаил, а именно Миша, подумала тогда Марина, ему так больше подходит. И сказала:

– Теплое у вас имя.

– Вот как, теплое? – засмеялся бутафор. – А у вас имя изысканное, благородное.

– Ой, вот уж чего…

Марина умолкла на полуслове. Благородное? Смешно, честное слово. Благородная дева Марина пасет козу и рвет траву для кур. Ищет маслята под залитыми солнцем янтарными соснами…

Тряхнув головой, Марина вернулась к реальности. Что это на нее вдруг накатило? Глупо.

– Мне Ольга все твердит про вашу работу, – сказала она. – А я даже не знаю, что делают бутафоры, что значит это слово.

– О! – восхитился Михаил. – Вы, значит, далекий от театра человек.

– Это уж точно, – согласилась Марина. – От театра я далека. В детстве бывала несколько раз в «Зазеркалье» и в кукольном, и все.

– Тогда у вас впереди множество абсолютно новых радостей, – серьезно сказал Михаил. – А бутафоры занимаются всем на свете.

– Как это? – широко раскрыла глаза Марина.

– Давайте-ка вон там на кушетке сядем, я вам вкратце расскажу, – предложил Михаил.

Они устроились в углу, в стороне от интеллектуального сборища, и перед Мариной раскрылся фантастический мир бутафорского цеха…

Например, в какой-то момент на заднем плане сцены должен проплыть трехмачтовый корабль под всеми парусами. Кто построит этот корабль, да так, чтобы он выглядел совсем как настоящий? Бутафоры. Или у сказочного принца должен висеть на поясе старинный кинжал в ножнах, изукрашенных драгоценными камнями. Кто сотворит и кинжал, и ножны? Опять же бутафоры. А всякие там корзины с яблоками и виноградом, кувшины, сундуки, телеги… да мало ли вещей появляется на сцене во время спектакля! Кто их делает?

У Марины просто голова пошла кругом.

А Михаил по мере рассказа все больше увлекался, впадал в азарт. Он говорил о том, как соорудить венецианский фонарь, какой краской лучше всего покрасить картонную гондолу, а какой – металлические конструкции, как и чем заливается стекло, когда нужно имитировать средневековые витражи… Да, он по-настоящему любил свое дело. И отлично знал его.

Марина уже всей душой рвалась в бутафорские мастерские. Хотя бы для того, чтобы увидеть все собственными глазами.

Но вечер кончился – и Михаил исчез. Уже и март подходил к концу, по городу носился тревожный весенний ветер, будораживший ум и сердце, и солнце время от времени высовывало нос из-за тяжелых мокрых облаков, намекая, что уже скоро оно окончательно возьмет власть над миром… а бутафор так и не позвонил.

Марина, у которой началась весенняя бессонница, не находила себе места. Ну почему она не взяла у Миши телефон? Дура самоуверенная! Решила, что он обязательно поспешит позвонить сам, что, конечно же, в ближайшие дни пригласит ее в свой цех… а уже почти три недели прошло, и что? И ничего.

Марине даже с Ольгой не хотелось видеться в эти дни. Зато она почему-то, ни с того ни с сего, вспомнила, что у нее вообще-то есть двоюродный брат… То есть вроде бы и не брат, потому что он племянник Дикулова, но все равно бабушке-то он настоящий внук? Настоящий. Так почему же бабушка о нем никогда не упоминала? Как будто его и на свете не существует. Очень интересно.

Телефон Валентина Дикулова был у нее записан давным-давно, когда Марина еще училась в школе. Тогда отец… то есть Дикулов предложил ей позвонить двоюродному брату, познакомиться с ним. Но Валентин от встречи отказался наотрез, чем несказанно обидел Марину. И больше она о нем не думала, не желая признавать родню в таком отвратительном типе.