– Иногда.

– Это хорошо. А я - нет. И жизнь меня не радует.

– Что так? Магазин твой, в личной собственности... Товар идет, друзей угощаешь...

– Друзей я и раньше угощал, если помнишь...

– Помню, - кивнул Пафнутьев.
– Смирновская всегда в радость... Разве нет?

– С горя пью, - мрачно сказал Халандовский.
– Разве можно такую водку пить в радости? Нет, Паша. В радости любая водка сойдет, а вот в несчастье хочется хоть чем-нибудь себя утешить. Как балычок?
– заботливо спросил Халандовский.

– Прекрасный балык, - еле смог проговорить Пафнутьев с набитым ртом. Такого еще не ел. И наверно уже не придется...

– Спасибо.
– Халандовский удовлетворенно кивнул, будто Пафнутьев похвалил его самого.
– Спасибо... Езде нарезать?

– Конечно.

– Хорошо... Я попрошу девочек, приготовят.

– Слушаю Тебя, Аркаша, - сказал Пафнутьев.
– Я ведь вижу, что-то у тебя изнутри наружу просится. Поделись. Не таи в себе, это нехорошо.

– Поделюсь, - Халандовский повернул голову к окну, и лицо его, освещенное слабым осенним солнцем, показалось Пафнутьеву как никогда горестным.
– Что сказать тебе-.. Есть такая фамилия... Байрамов. Слышал?

– Нет, не приходилось!

– Счастливый ты человек. "Паша.
– Пора тебе эту фамилию знать... Мне кажется, пройдет совсем немного времени и все твое заведение...

– Ты имеешь в виду прокуратуру?

– Да... Все ваше заведение может посвятить себя этому человеку. Если, конечно, он позволит вам заняться его персоной.

– А может и не позволить?
– усмехнулся Пафнутьев.

– Может, - кивнул Халандовский без тени улыбки.
– И не сомневайся.

– Чем же он занимается?

– У него много интересов... Чрезвычайно разносторонняя личность. С подобным мы еще не сталкивались.

– Мы - это кто?
– уточнил Пафнутьев.

– Я не сталкивался, и ты тоже... Это совершенно новое явление в нашей жизни. Подобного не было. В том питательном бульоне, в который наши демократы превратили Россию, вырастают такие чудовища, такие невиданные монстры, что... Дрожь пробирает в собственной постели.

– Это потому, что с девушками не общаешься, - рассмеялся Пафнутьев.

– Паша!
– строго сказал Халандовский.
– Прекрати. Не надо смеяться. Все гораздо серьезней, чем может показаться... Выпьем по стопке и я продолжу, - Халандовский ткнулся толстой стопкой в стопку Пафнутьева несколько поспешно и капелька драгоценной влаги потекла по его пальцам, но он этого не заметил. Выпил, хрустнул огурцом, потом сунул в рот еще один Убедившись, что Пафнутьев тоже расправился со своей стопкой и уже приступил к балыку, Халандовский решил продолжить.
– Паша... Все то, с чем ты сталкивался в своей жизни до сих пор... Это детский сад. Ну наделал мальчик, в штанишки, ну дернул девочку за косичку, ну опрокинул манную кашу на белую скатерть... Вот так примерно.

– Вот такой крутой бандюга?
– озадаченно спросил Пафнутьев.
– Почему же я о нем ничего не знаю?

– Паша, ты не понял. Не бандюга. Все проще и страшнее - но человек. Он мутант. Знаешь, писали газеты, что в московском метро крысы развелись в человеческий рост?

– И ты веришь?

– Верю!
– твердо сказал Халандовский.
– Раньше не верил, а когда в городе появился Байрамов, я и в московских крыс поверил. Это - мутант. Все издержки, злоупотребления, преступления, младенцы в мусорных ящиках, человеческие головы в городских скверах, вокзальные дети, которых можно выменять за бутылку водки - вот все это вместе взятое привело к появлению новых существ. На земле до сих пор ничего подобного не было. Представь себе, что вирус спида вымахал в человеческий рост! Представил? Вот это и есть Байрамов.

– Познакомимся, - кивнул Пафнутьев и бросил в рот последний огурчик. Хорошие были огурчики.

– Лучше не надо с ним знакомиться.

– Почему?

– Опасно.

– Если не возражаешь, я еще глоточек пригублю, а? Для храбрости... А?

– Наливай... И мне тоже. Он редко бывает в городе. Чаще его можно поймать в Германии. Есть какой-то маленький городок, там его берлога. Оттуда звонит, пишет, шлет факсы... Но бывает и здесь. Но только в высших сферах.

– Или в самых низших, - добавил Пафнутьев.

– Почему ты так решил?

– Потому что это одно и тоже. Высшие сферы - они же и низшие.

– Может быть, - согласился Халандовский. И, помолчав, добавил.
– Да, наверно, так и есть. Ты прав.

– Чем он тебя достал, Аркаша?

– Положил глаз на мой магазин.

– Ну и пусть! Не дотянется из Германии-то!

– Уже дотянулся. У меня каждый день ревизии, проверки, какие-то типы устраивают драки прямо в магазине, бьют бутылки, сдирают шторы с окон, санитарные инспекторы не вылезают из моих подвалов, во дворе у моих окон какие-то самосвалы без опознавательных знаков вываливают горы зловонного мусора... На меня все время составляют протоколы, акты, собирают показания подставных свидетелей, подкарауливают моих покупателей, взвешивают их покупки и опять акты, протоколы... При том что я знаю - мой магазин едва ли не самый лучший, самый чистый...