Шрифт:
– Где?
– На складах у Фердолевского.
– Горит?
– Очень ярко. Хорошо так горит, светло вокруг... Красиво. Недалеко мотоцикл стоит... С коляской. Хозяина нет.
– Где же хозяин?
– На складах.
– Тоже горит?
– По-моему, он погорел. Фердолевский со своей бандой окружил склады. Оттуда нет выхода.
– Но там же и дома, и строения какие-то...
– Он все окружил, Паша. Говорит, знал, что рано или поздно на складе что-то взорвется. И принял меры. Знаешь, какие меры он принял?
– Не думаю, что он придумал что-то новое, необычное, смелое. Фердолевский, он и есть Фердолевский... Банкир и пройдоха. Брать может только количеством. Денег, женщин, товара... Естественно, и количеством охранников.
– Как ты прав, Паша, как прав, - пробормотал Шаланда смятенно.
– Ты попал в самую точку. Он утроил количество охранников, но сделал вид, что сократил их.
– Другими словами, спровоцировал нападение?
– Да, Паша, да.
– А от меня ты чего хочешь?
– Ничего, - Шаланда улыбался широко и безмятежно. Это чувствовалось даже на расстоянии, даже по его дыханию в телефонную трубку, - Минутка вот выпала свободная, кругом люди бегают, ловят друг друга, палят из чего только можно палить, а я смотрю - телефон стоит. Трубку поднял - гудит, работает, значит. Дай, думаю, позвоню лучшему своему другу, дай, думаю, порадую, душу его усталую утешу...
– Утешил, - проворчал Пафнутьев.
– Ой, Шаланда... Какой ночи ты меня лишил, какой ночи...
– Не плачь, Паша, не надо... Ты лучше подумай, какую ночку я тебе подарил... На всю жизнь запомнишь.
– Если выживу.
– Держись меня...
– Ладно, Шаланда... Еду.
Положив трубку, Пафнутьев тут же снова поднял ее и набрал номер Андрея - тот последнее время оставлял "Волгу" у себя во дворе, это было удобно всегда легко было вызвать его в случае надобности.
Трубку подняла мать Андрея.
– Павел Николаевич? Ох, а Андрюшеньки нет... Недавно отлучился куда-то... А я подумала - и ладно... Что же он все вечера дома сидит, нехорошо это...
– А машина на месте?
– спросил Пафнутьев.
– На месте, под окном стоит... Какая-то девушка ему позванивает, наверно, к ней и пошел... Она с час назад и позвонила. Женить его надо, Павел Николаевич, подсобили бы, а?
– Женим, - заверил Пафнутьев.
– Мелочевку немного разбросаю и займусь. Найдем невесту. Румяную, кудрявую и чтоб при теле была!
– Да ну вас, Павел Николаевич, скажете такое... Они, которые толстые, больно неряхи... Может, я и ошибаюсь...
– Обсудим, - сказал Пафнутьев.
– Извините, тороплюсь.
И положил трубку. Отсутствие Андрея его расстроило, значит, придется добираться на перекладных.
– Только в городе Пафосе, только в Пафосе мы сможем с тобой провести нормальную ночь, - проговорила Вика, стоя в дверях.
– Заметано, - крикнул Пафнутьев из прихожей.
– Летим в Пафос. Немедленно.
– Собирать чемоданы?
– Купальник не забудь!
– и Пафнутьев выскочил за дверь.
***
Частник подвернулся сразу, правда, запросил пятьдесят тысяч. Но Пафнутьев не торговался, это была нормальная цена. Учитывая ночное время, мог запросить и всю сотню.
Место происшествия было заметно издали, пожар получился на славу, весеннее небо над городом было хорошо подсвечено огненными бликами. Пламя отражалось в лужах, в окнах домов, в лобовых стеклах машин - почему-то немало машин мчалось именно в этом направлении.
– Склады горят, - произнес водитель после долгого молчания.
– Знаю, - откликнулся Пафнутьев.
– Теперь рост населения нашего города резко пойдет вверх, - усмехнулся водитель.
– Это почему же?
– Фердолевский горит... Главный поставщик презервативов... И прочих предметов интимного быта... Женщины у него надувные, члены всех цветов и размеров... Хочешь - львиный себе купи, хочешь - ослиный... Говорят, даже была какая-то установка по отливке членов по образцам... Здорово, да? Муж в командировке, а у тебя точная копия его хозяйства под подушкой...
– Не может быть!
– ужаснулся Пафнутьев.
– А запах слышите? Резиной горелой воняет... Там сейчас все члены расплавились... Получится один, но очень большой, - расхохотался водитель.
– Можно как памятник ставить...
– Да ну тебя!
– отмахнулся Пафнутьев, подавленный странной фантазией водителя.
– А, что? Вовчика Ленина в центре города спихнули, постамент остался свободный... Вот на него и установить розовую стеллу... А? Даже справедливо... Такая стелла и будет олицетворять все наши несбывшиеся надежды, а? Это все, что мы получили от демократов... Большой, как говорится...