Теперь они стояли рядом, взявшись за руки. Лицо Мэри Энн светилось счастьем, глаза блестели от слез.

В торжественной обстановке Ноа сначала передал сертификат Бетель. Документ представлял собой лист бумаги в рамке, очень похожий на аттестат об окончании средней школы. В нем констатировалось, что Джим Бакстер прошел четырехнедельный курс лечения полностью и, хотя он навсегда останется алкоголиком, теперь он в состоянии себя контролировать.

– Мне было очень приятно познакомиться с тобой, Джим, – сказала Бетель. – Пусть твоя жизнь отныне станет счастливой и изобильной, без употребления алкоголя.

Следующим был Рем.

– Ты уже провел здесь некоторое время, Джим, когда я только попал в эту «школу». Однако теперь я считаю тебя своим старым другом и горжусь тем, что мне довелось тебя узнать.

Свидетельство передавалось из рук в руки, и каждый говорил при этом несколько добрых слов.

Когда настала очередь Джеффри, он пожелал только:

– Удачи тебе, Джим! – после чего передал документ Лейси.

– У тебя все будет в порядке, Джим. Я в этом уверена! – произнесла та с глубоким чувством.

Когда очередь дошла до губернатора Стоддарда, тот сказал:

– Я знаю, через какой ад тебе пришлось пройти, Джим, и, конечно, я буду молиться за тебя.

Настал черед самого пилота. Он долго рассматривал сертификат, затем поднял повлажневшие глаза.

– В течение первых двух недель, которые я провел здесь, мне казалось, что тот день, когда я выпишусь отсюда, станет самым счастливым в моей жизни, ведь мне не придется больше чуть не ежедневно говорить вам всем: «Привет, меня зовут Джим, и я – алкоголик». Теперь-то я понимаю, что говорить и думать об этом мне предстоит до последнего вздоха, однако меня это нисколько не пугает. И я сомневаюсь в том, что мне удалось бы с этим справиться без поддержки каждого из вас. Потому-то я люблю вас всех и еще раз говорю вам: «Спасибо!»

– Давайте возьмемся за руки, – предложил Ноа.

Когда руки всех собравшихся сомкнулись, он скомандовал:

– А теперь все вместе!

– Удачи тебе, Джим!

Затем круг распался, и все обступили Джима, чтобы на прощание пожать ему руку. Некоторые с жаром его обнимали. Когда проводы завершились и пациенты стали расходиться, Джеффри сказал Лейси:

– Полагаю, тебе уже недолго осталось ждать своего счастливого дня.

– Я пока что не решила для себя, – отозвалась та задумчиво. – Я чувствую себя здесь в полной безопасности, но снова оказаться брошенной на произвол судьбы, как только я выйду отсюда… – Она вздрогнула. – Не знаю, смогу ли я это пережить.

– Ты сможешь, Лейси. Я уверен, – утешал он ее. – В тебе есть внутренняя сила, о существовании которой, как мне кажется, ты никогда не подозревала.

– Даже если и так, я понятия не имею, где она пряталась все эти годы.

– Все дело в том, что ты слишком часто чувствовала себя обойденной. Разве тот день в «Змеином логове» не вернул тебе определенную долю любви и доверия к другим людям?

– Верно, если только этого хватит надолго. Но за пределами Клиники мне станет так одиноко, Джеффри. – Она не сводила с него глаз. – А как насчет тебя? Ты думаешь, что сможешь справиться? Ты собираешься снова участвовать в автогонках?

Внезапная смена темы поставила его в тупик, и ему понадобилось некоторое время, чтобы привести мысли в порядок.

– Я в этом сомневаюсь. Если я вернусь на трек, то скоро опять возьмусь за старое.

– Тогда чем же ты хочешь заняться?

– Пока что не решил. – Он улыбнулся. – Тише едешь – дальше будешь.

– Ты когда-нибудь думал о том, чтобы попробовать свои силы в кино? Ты наделен привлекательной внешностью и яркой индивидуальностью, а я всегда гордилась своим даром первооткрывателя новых талантов.

Он издал изумленное восклицание:

– Сниматься в кино? Тебе не кажется, что это уже немного поздно?

– Сниматься в кино никогда не поздно. Я знаю людей, которым их первая роль досталась в пятьдесят, а то и в шестьдесят лет.

– Знаешь, это очень странно, – произнес он медленно, – но я когда-то брал уроки актерского мастерства.

– Почему же ты их бросил?

– Когда я увидел множество других претендентов, возможно, более способных, чем я, меня одолели сомнения, стоит ли продолжать.

– Упорство – главный ключ к успеху, Джеффри. Оно ничуть не менее важно, чем талант, а я искренне верю в то, что у тебя есть подлинный талант. – Она потрепала его по руке. – Пообещай, что подумаешь над моим предложением, ладно?

Тед Дарнелл вошел в офис Ченнинга без приглашения.

Отто в этот момент говорил по телефону и бросил на него изумленный взгляд.

– Я вам перезвоню, – сказал он в трубку и тут же опустил ее.

– Итак, Тед? Чему обязан такой честью?

– Я проезжал мимо и решил заглянуть к тебе на минутку.