Водитель рванул переключатель скоростей. Через мгновение они исчезли.

Лицо Липвица побагровело. Он сжал кулаки. Майрон повернулся к нему:

– Итак, Стюарт…

– У меня есть влиятельные друзья.

– Ох, я опять жутко испугался.

– Ладно.

Менеджер развернулся и резко зашагал к отелю. Майрон улыбнулся. Паренек оказался крепче, чем он ожидал, а ему вовсе не хотелось торчать тут целый день. Но что делать? Других зацепок у него не было, к тому же его забавляло общение с Большим Стю.

Майрон стал ждать следующих посетителей. Он размышлял над тем, что предпримет Стюарт. Несомненно, что-нибудь драматичное. Минут через десять подъехал канареечно-желтый «ауди», и из него вышел чернокожий парень. Он был примерно на дюйм ниже Майрона, но шире в плечах. Грудь чуть поуже ворот для хай-алай, [29] ноги как два ствола мамонтового дерева. Он двигался не вразвалку, а плавно и мягко, будто скользил.

Майрону это не понравилось.

Незнакомец был в темных очках, красной гавайской рубашке и джинсовых шортах. Болитару бросились в глаза его волосы. Они лежали идеально прямо и гладко, с красивым завитком на лбу, как на старых фотографиях Нэта Кинга Коула.

Майрон указал на голову мужчины.

– Трудная работа? – спросил он.

– Что? – откликнулся чернокожий. – Ты про мои волосы?

Майрон кивнул:

– Ну да, вот так их распрямить.

– Нет, не очень. Раз в неделю я хожу к парню по имени Рэй. У него, знаешь, такая парикмахерская в старом стиле. С ножницами над входом. – Он улыбнулся. – Так вот, Рэй этим занимается. И бреет он тоже здорово. С горячими полотенцами.

В доказательство мужчина провел ладонью по лицу.

– Выглядит гладко, – заметил Майрон.

– Спасибо. Приятно слышать. Понимаешь, меня это расслабляет. Когда кто-нибудь меня бреет и причесывает. Мне кажется, это очень важно. Помогает снимать стресс.

– Да.

– Если хочешь, я дам тебе номер телефона Рэя. Можешь сам зайти и посмотреть, что к чему.

– Рэй, – повторил Майрон. – Ладно, спасибо.

Чернокожий парень шагнул ближе.

– Похоже, у нас возникла небольшая проблема, мистер Болитар.

– Откуда ты знаешь мою фамилию?

Незнакомец пожал плечами. Майрон чувствовал, что он изучает его сквозь темные очки. Болитар ответил тем же. Оба старались вести себя сдержанно.

– Буду признателен, если ты отсюда свалишь, – вежливо произнес мужчина.

– Жаль, но не могу, – отозвался Майрон. – Хотя ты и просишь по-хорошему.

Парень кивнул. Он все еще держал дистанцию.

– Попробуем это обсудить.

– Давай.

– Мне нужно выполнять свою работу, Майрон. Ты понимаешь?

– Конечно.

– А ты делаешь свою.

– Точно.

Незнакомец снял черные очки и положил их в карман рубашки.

– Знаю, это будет нелегко. Ты тоже это знаешь. Если дойдет до дела, неизвестно, кто из нас победит.

– Я, – заверил Майрон. – Добро всегда побеждает зло.

Мужчина улыбнулся:

– Только не в этом квартале.

– Веский аргумент.

– Кроме того, я не уверен, что нам вообще следует выяснять отношения. Мне кажется, мы оба уже вышли из того возраста, когда изображаешь мачо и хочешь всем что-то доказать.

Майрон кивнул:

– Это называется зрелостью.

– Да.

– Такое впечатление, – добавил Болитар, – что переговоры зашли в тупик.

– Похоже на то, – согласился чернокожий. – Разумеется, я всегда могу достать пистолет и застрелить тебя.

Майрон покачал головой:

– Не в данной ситуации. Возникнет много осложнений.

– И все-таки. Вижу, ты на это не напрашиваешься, но мне надо выполнить свою задачу. Так что как получится.

– Ты профи, – произнес Майрон. – Будешь чувствовать себя неудовлетворенным, если не попробуешь все варианты. Я бы себе точно этого не простил.

– Рад, что ты понимаешь.

– Кстати, – заметил Болитар, – тебе не кажется, что ты слишком большой профессионал, чтобы заниматься такими пустяками?

– Пожалуй.

Парень шагнул ближе. Майрон почувствовал, как его мышцы напряглись; по спине пробежал неприятный холодок.

– Ты похож на человека, который умеет держать язык за зубами, – произнес чернокожий.

Майрон не ответил. Молчание – знак согласия.

– Тебе интересует мальчишка на фото, тот, что в штанах как у клоуна? Он был здесь.

– Когда?

– Больше ни слова. Я и так проявил щедрость. Ты желал знать, был ли тут тот паренек. Ответ – да.

– Весьма признателен.