— А затем! — веско сказал Сущенко (как впоследствии узнал Сашка, именно такую фамилию носил подлый «дед», любитель «ударов» в «спину»). — Потому что это я так сказал! Приказ? Да, был такой приказ. Но кто об этом знает? Если все пройдет, как я задумал, потом можно будет сказать, что приказ я прочитал уже после того, как все было сделано. Что мы действовали в соответствии с более ранним приказом и о его отмене ничего не знали. Все готово?

— Все! — нестройным хором откликнулись его сообщники.

— Тогда идем! — Четверка «заговорщиков» дружно направилась к выходу.

Из черни ночи вынырнули две фигуры. Та, что поменьше, коснулась рукой кнопки у портала. Зажужжал двигатель, закрывая тяжелую дверь.

— Не надо никуда ходить! — спокойно и веско сказал Александр, преграждая «дедам» проход к порталу. — Здесь поговорим! Так от кого ты, паскуда хохляцкая, получал приказы о моем устранении?

Иван Сущенко угрюмо промолчал. Пошевелил пальцами на рукояти ножа. Одно дело — замыслить подлый удар в спину, и совсем другое — встретиться с недругом лицом к лицу. Однако подонок трусом не был.

— Тебя это не касается! — сказал он, поигрывая клинком. — У меня — свои хозяева, у тебя — свои! Да у тебя и хозяина-то нет! Так... Сучка бессмертная. Хватает ни в чем не повинных ребят, тащит их через половину Галактики, заставляет умирать неизвестно за что.

Вы все подохните — раньше или позже. И ты, и твой хвостатый зверюга. И твоя бессмертная сучка — тоже!

— Слышь, урод! Ну, а ты-то чё такой злой? Тебе только радоваться остается!

— На хрена мне такая радость? Я домой хочу! Слышишь? До-мой! И если мне придется для этого захуярить тебя или твоего зеленого дружка, я это сделаю без малейшего сожаления.

— А ты попробуй! Вдруг — получиться? И ты — сразу домой! А?!

— Нее... Живите пока. Как-нибудь в другой раз!

— Понятно! Это — в твоем стиле! Ты же у нас — рыцарь «без страха и упрека».

— Какой уж есть! Не тебе судить! Я тут уже два года, а ты — не больше месяца. Так что не вам меня учить. Ладно! Пойдем, ребята. Пусть живут — пока. Пока другого приказа не поступило.

Дита отправила седого выяснить, где пропадали «неудобные» курсанты, с выражением легкой брезгливости выслушала его объяснения, полученные от бывших гладиаторов по поводу рыбалки.

— Значит, они все-таки не поверили, что рыба смертельно ядовита. Сожрали целую рыбину и даже не подавились! Очень странные субъекты! Такое слово, как «дисциплина», им явноне знакомо. Очень плохо! Но ничего! Жизнь их скоро научит. Ждать осталось недолго. Через несколько дней вся летная школа начинает заключительный этап подготовки к Дню Патруля, после которого нам предстоит назвать имена пятнадцати курсантов, которые... Впрочем... Так сколько осталось времени?

— Неделя. Плюс три дня на дорогу. Еще день — на акклиматизацию. Итого — четырнадцать дней.

— Ты уже наметил кандидатуры для участия в Дне Патруля?

— Разумеется.

— Можно взглянуть на список?

— Пожалуйста!

Дита быстро пробежала взглядом коротенький столбец имен, задумчиво потерла пальцем переносицу.

— Мне кажется, здесь не хватает одного имени.

— Какого? — мгновенно насторожился Николай Платонович.

— Эту девушку зовут Ирина.

— Она приступила к подготовке совсем недавно. У неё была повреждена нога.

— Тем не менее, это не помешало ей стать лучшей ученицей курса. Думаю, тебе нужно включить её в число участников Дня Патруля. Договорились?

— Договорились! — севшим голосом промямлил седой, отворачиваясь.

«Наверняка ей донесли, что Ирина и я... Теперь она решила отомстить мне за мое, как она считает, предательство. Но почему — именно так? Девушка-то в чем виновата»?

Утром, во время завтрака, Сашка и Ар'рахх долго крутили головами, тщетно выискивая среди курсантов своего сегодняшнего инструктора. Евгения Дягилева нигде не было.

— Слышь, а где Женька? — поймал Заречнев за руку пробегавшего мимо дежурного.

— Дягилев? А он еще с вечера улетел по срочному заданию. Сказал, что вернется только ко Дню Патруля. А что, есть проблемы?

— Нет, проблем нет. Так, спросил ради любопытства...

— Ладно, пойдем получать задание у Платоныча! — вздохнул Заречнев, пытаясь отыскать на этот раз седую голову руководителя летной школы. — Интересно, куда он-то запропастился?

Николай Платонович ничего не ответил на вопрос о том, куда «пропал» Евгений Дягилев. Он явно был чем-то огорчен, причем удручен — очень сильно.

Он молча ткнул сканером в планшетки рекрутов, уже в спину уходящим курсантам добавил: «Ваши новые самолеты — в ангаре номер три. Приборы ночного видения получите на складе! Вечером доложите о выполнении»!