— Значит, элои все-таки умирают от старости?

— Умирают. Но не от старости. От болезни, от несчастных случаев. В результате убийств или самоубийств.

— В Городе бессмертных убивают?

— Увы! Такое тоже бывает. Редко, но — бывает. Расследованием занимается специальная тайная полиция.

— Все, как у людей.

— Да, ты прав. Примерно пятьдесят тысяч лет назад люди и элои были одной расой. Мы могли жить тогда около одной тысячи лет. Ну, а потом ваши предки нашли Гею, поселились на ней. В результате генетических мутаций вы стали жить меньше. Наша ветвь пошла по пути увеличения продолжительности жизни. Научные успехи в этой области таковы, что сегодня продолжительность жизни элоев биологически не регламентирована. То есть, по сути, элои — бессмертны. Курсанты и курсантки восхищенно вздохнули.

— А человек может стать бессмертным? — не унимался Макс.

— Может. Но не сразу. Изменение генетического кода человека — процедура сложная, она занимает не один год. Поэтому люди, которые заслужили «прививку бессмертия», увеличенную продолжительность жизни получают постепенно.

— А много таких людей?

— Не много, но есть. Вот, например, Николай. У него первый продленный срок жизни. Знаете, сколько ему лет? Сто сорок семь. А выглядит он на пятьдесят.

Заходом космолета на посадку управляла лично Дита. В кресле второго пилота находился Николай Платонович, но сразу было видно — транспортным судном управляет бессмертная. Седой даже убрал руки со штурвала управления. Все курсанты, включая бывших гладиаторов, уже знали, что за пределами атмосферы космолет меняет траекторию своего движения только с помощью только ракетных двигателей. Консоль управления многочисленными большими, средними и совсем крохотными «реактивами», была расположена на подвижной «маятниковой» панели, занимающей положенное ей место только тогда, когда космолет покидал пределы воздушного пространства. В атмосфере основным «рычагом» управления воздушно-космического судна становился обыкновенный штурвал — такой же, как и других самолетах в летной школе. Бессмертная, кажется, даже не заметила, как место консоли заняла ручка управления — настолько органичным и безошибочным был её переход от управления судном в безвоздушном пространстве к полету в верхних слоях атмосферы планеты элоев.

Александр восхищенно поднял большой палец, зеленый верзила согласно покивал своей шишкастой башкой — Дита была очень опытным пилотом, настоящим асом. Поучиться было чему.

Незадолго перед посадкой у космолета появились «попутчики». Две пары истребителей неизвестной конструкции с невероятно агрессивным «дизайном» — частокол мощных пушек на передней консоли крыльев, множество остроносых ракет на внешней подвеске.

— Охрана? — поинтересовался Заречнев у молчаливого соседа — курсанта второго года обучения.

— Это-то? Нет! Это — богомолы. «Эскорт» будущий победителей для будущих побежденных.

— А чё такой пессимизм-то?

— Ну, вот, схватки начнутся, посмотрим, какое настроение будет у тебя.

— А ты, что, участвовал в Дне Патруля?

— Нет, конечно! Иначе я здесь не сидел бы. Все, кто участвовал в прошлом и позапрошлом Дне, погибли. Откуда знаю, как это все было? Нам показывали по компьюзеру. Да и в архивах файлов с боями — немеряно.

— Что же ты раньше не сказал? Хоть бы их тактику посмотрели.

— А нет у них никакой тактики. С ходу атакуют, вваливают пушками и ракетами в бок или в задницу «по самое не могу» и — туши свет. Редкая птица долетит до середины Днепра...

— К чему это ты?

— Так, навеяло... Если самолет развалится в воздухе и пилот все еще жив, богомолы добивают летчика в воздухе, пока он летит вниз. В озеро падают одни куски.

— Чё, трындишь, наверное? Жути нагоняешь?

— Не-е. Не нагоняю. Жутики начнутся, когда наступит День Патруля.

«Хищные» самолеты богомолов, как по команде, отвалили в сторону, исчезли из поля зрения иллюминаторов.

Бессмертная накренила космолет, выполняя последний перед посадкой маневр. В иллюминаторах блеснула местное солнышко, отразившееся от поверхности воды, промелькнула темная плешь площадки с рваными светлыми вкраплениями «альбатросов». Соперники землян были уже здесь.

Дита мастерски развернула космолет на сто восемьдесят градусов, на несколько секунд зависла над площадкой. Послышался зуммер моторов, качающих жидкость в систему, выдвигающую «башмаки» — «ноги» космолета. Транспортник еще на несколько секунд замер в воздухе, как бы раздумывая — стоит ли вообще прикасаться к этой поверхности, потом застыл, так и не дав понять, в какой из моментов произошло касание поверхности планеты.

Сашка скосил глаза на Ар'рахха, тот согласно покивал головой. Но больших пальцев рук бывшие гладиаторы больше не поднимали.

— Жить будете на корабле! — сказала бессмертная, развернувшись к курсантам вместе с креслом. — Час — на отдых, потом — облет истребителей и знакомство с местом состязаний. В конфликты с противником не вступать, на провокации не отвечать. Завтра у вас будет возможность пострелять по самолетам ваших противников. Все! Все свободны!

А тебя «Штирлиц», я попрошу остаться! — Обратилась Дита уже к сидевшему рядом Николаю Платоновичу. Все заулыбались.

О чем они шептались, едва не касаясь друг друга головами, бывшие гладиаторы не слышали. Их беспокоило совсем другое — как добраться до своих самолетов первыми.

Громыхнули тяжелые створки, выпуская из нутра космолета воздух другой планеты. Тут же над кораблем появилась пара почти квадратных машин. Они брызнули сверху какой-то вонючей гадостью, недолго покружили, включив мощные голубые лампы.

«Дезинфекция!» — догадался Заречнев, вернувшись к своему самолету. Зеленый верзила даже не повернул голову в сторону странных летающих машин.