— Хотите еще? — спросил он.

— Не для меня. Кто-нибудь может учуять, что я ела шоколад, и начнет требовать свою долю. — Маккой хихикнул.

— Вы правы; Мне лучше отсюда уйти побыстрее. Я, вообще-то сюда и не собирался. Обещал Джиму не появляться здесь.

— Я на вас не настучу, — пообещала Лия. — Кстати, уже готовы результаты анализов костного мозга, о которых вы спрашивали.

— Попозже, — сказал он, направляясь к выходу, и попутно взглянул на лица пациентов — все спокойные доброжелательные. И, обращаясь к ним, произнес:

— Желаю всем скорого выздоровления и побыстрее выбраться отсюда! Всеобщий смех провожал его уже в коридоре. Ощущение приближающейся угрозы, оставившее Маккоя лишь на это очень короткое время, всколыхнулось с новой силой. Доктор попытался прогнать это неприятное чувство. В последнее время, к сожалению, он слишком мало занимался аутотренингом, позволяя себе реагировать на события как придется, вместо того, чтобы усилием воли создавать себе настроение, позволяющее извлекать максимальную выгоду из конкретной ситуации.

— Моя воля в состоянии управлять всем, что я вижу, — повторял он сам себе в лифте. — Я сам хозяин своей судьбы и капитан своей души!

«Как бы сделать так, чтобы об этом узнали и пираты с Ориона?»

Он тихо засмеялся своим мыслям. Все сомнения легко объяснить — это сказала ему та часть рассудка, которая отвечала за вопросы психологии и психиатрии. После того, как на него внезапно обрушилась эта новая работа, об особенностях которой доктор знал только понаслышке, если вообще что-то знал, а с нею огромная ответственность за людские жизни — он сразу почувствовал себя как рыба, выброшенная на берег: вне собственного контроля и компетенции. Но в то же время он обладал одним большим преимуществом, выгодно отличавшим его от других.

Когда-то Маккою довелось побывать на лекции одного очень популярного в Звездном Флоте врача, который учил, как постоянно анализировать свое собственное поведение — за обедом, в беседах, во время дружеских попоек, решая тем самым конкретные вопросы, — что и как в тебе в определенный момент сработало. С тех пор Маккой тоже старался проецировать все на себя — и обсуждаемое с Джимом тоже. Причем, скорее всего подсознательно. Они часто играли с капитаном в шахматы: сам процесс игры казался доктору более полезным, чем анализ уже сыгранной партии, так как давал опыт поиска и использования тактико-стратегических приемов, как говорится, из первых рук. Маккой относился к игре как к важному диагностическому инструменту, особенно полезному в данном случае, так как речь шла о спасении не только собственной жизни.

«Только бы сохранить ясность мысли. Я капитан своей души! К сожалению, я еще и командир этого дурацкого корабля. А это несколько опаснее и вовлекает намного больше людей… Надо сохранять спокойствие, ввязавшись в это дело, и постараться сделать все, от нас зависящее…» Двери мостика распахнулись перед ним, но никто даже не взглянул в его сторону. Все вели наблюдение за собственными мониторами, следили за состоянием своего корабля, а также других, находящихся поблизости.

Маккой прошел и сел в свое кресло. На экране «Энтерпрайз» с успехом продвигался по своей параболе. Пиратский корабль, однако, совсем исчез с их экранов.

— Куда они могли подеваться? — спросил доктор.

— Неясно, — ответил Спок. Маккой вдруг ощутил неприятную тяжесть под ложечкой. — Возможно, они приняли какие-то электронные контрмеры против нас.

— Что? Электронный плащ-невидимка?

— Возможно.

— Чудесно! Это именно то, что нам было нужно. Где им удалось его раздобыть?

— Возможно, они купили его по дешевке у ромуланов, которые сейчас избавляются от всяких старых технологий, — предложил Зулу. — Если это плащ «старой модели», то нам не стоит очень беспокоиться. Способы его опознания известны, и как только мы получим возможность включить наши сканеры на полную мощность, то без проблем обнаружим пиратский корабль.

— Что-то случилось?

— Небольшой технический сбой, доктор, — ответил Спок, не отрываясь от своей консоли. — Вышел из строя один из наших четырех сканеров. Группа из инженерного отдела производит сейчас его замену. Работа займет около получаса. После этого надо эксплуатировать его с большой осторожностью. Мы не имеем возможности провести его тестирование на максимальной мощности, рискуя быть обнаруженными кораблем Ориона. Маккой вздохнул.

— Сколько им еще осталось?

— Они уже сделали примерно половину работы, — ответил Скотта. — Я могу спуститься и узнать точнее, но в этом мало смысла. Обычная техническая замена, не требующая творческой мысли. Быстрее все равно не получится.

— Пусть работают, — согласился Маккой и обратился к Ухуре. — На каком этапе подготовка буя?

— Почти готов, — ответила она. — Хотите переговорить с мистером Споком в отношении курса? Маккой покачал головой.

— Спок, я надеюсь на вашу компетентность в этом вопросе. Тот насмешливо посмотрел на доктора.

— Возможно, это историческое решение. Во всяком случае, первое такого рода — это уж точно. Маккой ухмыльнулся.

— Не ожидайте от меня, что я буду столь же любезен при вашем очередном медицинском осмотре. Продолжайте работу. Обеспечьте Ухуру всем необходимым. Я хочу, чтобы эта штука была выброшена вот здесь. Мы можем изменить наш курс после этого мероприятия, не так ли?